Книга Чужая тайна, страница 95 – Елена Фили

Дети, переглянувшись, тихо смылись в поселок, Паша вдруг вспомнила, что ей должны привезти из «Озона» заказ, и во дворе, в лыжной куртке, старых джинсах и резиновых сапогах, оказался один Никита. Даже Следопыт остался дома валяться на диване и принюхиваться к запахам, доносившимся из кухни.

Яркое солнце, еще полчаса назад светившее в окна, сменилось плотной серой пеленой туч, грозивших вот-вот просыпаться мокрым снегом. Под куртку проник промозглый воздух, и Никита поежился. С чего начать уборку? Никита оглядел двор, весь в протаявших прогалинах и слякоти. С крыши свисали сосульки, с их острых кончиков то и дело срывались тяжелые капли. Они оставляли темные дырки в снегу, скопившемся у стен дома. Вдоль мокрого забора торчали блеклые стебли перезимовавших цветов и коричневые шапки соцветий гортензий. Зато на деревьях виднелись набухшие почки, и это скрашивало унылую картину запустения, оставшуюся после уходящей зимы.

Позади Никиты раздался тихий смех. Туся, тоже в куртке, накинутой на стильное вельветовое домашнее платье, в фартуке и с кухонным полотенцем в руке, прижавшись, закинула голову и вдохнула пахнущий прелой листвой и оттаявшей землей воздух.

— Все разбежались, — констатировала она. — А я хотела устроить семейный обед. Все краснощекие, замерзшие, вваливаются после совместного труда домой, а я встречаю вас пирогами и горячим чаем.

— Хочешь, я машины вымою? — Никита еще раз оглядел двор. — А здесь убираться не буду, лучше потом, когда уже высохнет.

Он подхватил пустое цинковое ведро, стоявшее у крыльца.

— Папка! Быстрее! — Распахнув калитку, во двор ворвалась Соня. — Там поселковые мальчишки нашего Витальку бьют!

— Сами разберутся, — неуверенно проговорил Никита и посмотрел на Тусю, ища поддержки. — А то еще больше достанется, если папочка придет на защиту.

— Из-за чего началось-то все? — Туся пожала плечами.

— Вовка обозвал Виталю приблудой и сказал, что его мать в фартуке принесла!

— В подоле, — машинально поправила Туся и со страхом прижала к груди полотенце.

— Конец Вовке, за мать Виталя его порвет. — Никита отставил звонко брякнувшее ведро и бросился бежать.

За ним, хлюпая по мокрому снегу новенькими ботиками, кинулась Туся. За ней семенила Соня, на ходу выкрикивая в спину Никите, куда поворачивать.

Они застали ватагу мальчишек в узком переулке, соединяющем старые и новые дома в поселке. Мальчишки стояли полукругом, а в центре, тяжело дыша, друг напротив друга находились Виталя и пятиклассник Вовка, задира и драчун. Не по возрасту высокий Виталя доставал Вовке до плеча, но у того под глазом наливался значительный бланш. У Витали была разбита губа, и подлетевшая Туся принялась ощупывать его, проверяя, нет ли других повреждений. Он убирал ее руки и с ненавистью сжимал кулаки с разбитыми костяшками пальцев.

— А что? — Вовка перевел взгляд на ворвавшегося в круг и растерянно остановившегося Никиту. — Приблуда и есть. Он вам никто! Вы его из жалости взяли!

— Ах ты, маленький уродец! — Туся замахнулась, чтобы швырнуть в Вовку полотенце, но оно так и осталось у нее в руках.

Вперед неожиданно выскочила Сонечка. Она наставила пальчик на кривляющегося Вовку и, топнув ножкой, крикнула:

— А твой папка бегает по ночам к Фаине-ведьме! Весь поселок видел!

Наступила тишина. Никита с изумлением смотрел на мальчишек, которые прятали глаза. Они что, знают? Соня не просто так кинула обвинение, она повторила чьи-то поселковые сплетни. Где, интересно, она могла их слышать?

Вовка вдруг развернулся и помчался вдоль улицы. Мальчишки нехотя стали расходиться. Никита присел возле Сонечки, поправил ее сбившуюся в беге шапку и медленно проговорил:

— Ты сейчас сделала то же самое, что до тебя делал Вовка. Но ты ведь не такая?

— Он же Виталика… А я… — заревела в голос Соня.

Туся теперь кинулась к дочери, прижала ее к себе и посмотрела с укором на Никиту, отошедшего на шаг.

— Она же защитить хотела брата, что ты на нее накинулся!

— Я бы сам справился. — Виталик вдруг прильнул к Никите и обнял за ноги. — Не надо было вам. Сам бы…

И он тоже вдруг всхлипнул.

— Так. — Никита оглядел хлюпающих носами детей и растерянную Тусю. — Все идем домой. Сражение закончилось… — Он помедлил и вынес вердикт: — Вничью. Каждый из противников получил свою порцию гадостей. Я думаю, обоим хватит надолго. Туся, ты обещала нам пироги.

…Ночью Никита проснулся от осторожного стука в окно. Он поднял голову от подушки, прислушиваясь. Стук повторился. Стараясь не разбудить Тусю, Никита накинул на плечи рубашку и спустился по лестнице. Стук доносился из кабинета. Никита открыл окно и высунул голову в ночную прохладу. Напротив стоял председатель ТСЖ.

— Никита Алексеевич, беда. Пойдем со мной.

— Что случилось?

— Фаину убили.