Книга Кровавый вечер у продюсера, страница 19 – Николай Леонов, Алексей Макеев

— Ну, Ярослава в этом блокбастере сыграл Славик Лунин. — Мария скинула платье и зашла в ванную. — Я знакомила вас на премьере «Кукушки». А Ваня блистал в роли Святополка Окаянного.

Ее голос боролся со звуком наполнявшей ванну воды.

— Убийцу Бориса и Глеба? — Лев снял пиджак и устроился в кресле, подложив под спину подушку с вышитыми тюльпанами.

Мария выглянула из-за двери:

— Все бы тебе убийство!.. У тебя профдеформация, Гуров!

Она прошла в комнату и достала из чемодана увесистую косметичку с лосьонами, кремами и сыворотками.

— Помочь донести? — съязвил Гуров.

— Спасибо, я взяла только необходимое! — мило улыбнулась жена. — Но в целом ты, как всегда, прав, конечно! Святополк объявил себя великим князем Киевским, подослал убийц к младшим братьям, потерпел поражение от старшего, Ярополка, но вновь занял трон при поддержке тестя — польского короля Болеслава Храброго. Ты, кстати, — она помедлила, взявшись за ручки двери, — моему отцу не звонил? Он все ждет тебя на даче. Обещал натопить липовыми дровами баню… Свято бережет к вашим посиделкам соляной брикет с ароматом пихты, который я из Иркутска привезла.

— Дрова сначала нужно наколоть. — Гуров блаженно вытянул ноги. — Твой отец за этим меня и зовет. Соль — лишь коварный предлог.

— Хочешь совет человека с тем же коварством в крови?

— Спаси мужа!

— Поезжай к нам на дачу с Крячко!

— А это мысль!

— Хотя нет, не стоит. Вы в прошлый раз поехали — труп в овраге нашли.

— Частично скелетированный, — сонно добавил Гуров. Его клонило в сон, который бы не помешал перед столь важным ужином. Некоторых коллег жены он и после долгого отпуска на дух не переносил.

— Вот именно, Гуров! И мой отец, у которого кардиостимулятор, между прочим, это видел. Я уж молчу о том, что он попал в число подозреваемых…

— Ваша дача стоит на краю обрыва, где обнаружили останки. И только через ваш участок можно к тому месту, откуда убийца сбросил тело, подойти.

— Это совсем не значит, — Мария повысила голос, — что мои мама и папа могли кого-то убить!

— Нет людей, которые не способны на убийство, — устало, но твердо произнес Гуров.

Жена молча вошла в ванную. Гуров слышал, как поскрипывает ее ручной массажер.

— Так что там дальше со Святополком?

— Ярослав вновь одолел его на какой-то реке под Киевом. Святополк бежал через Польшу и Чехию к печенегам, но умер в дороге.

— А Борис и Глеб причислены к лику святых.

Мария нежилась в ванне:

— До чего же скучна справедливость!

— Неужели?

Гуров не любил, когда жена становилась богемно циничной.

— Ну, просто Ярослав такой правильный, что даже скучно. А вот Святополк… — Она мечтательно закрыла глаза.

— …братоубийца. Как оригинально! Для Средневековья-то.

— Да ну тебя! Просто… тут есть, где талантливому актеру разгуляться. Сын князя-крестителя, с восьми лет получивший престол в самом древнем городе дреговичей — Турове. Только представь: мальчик, княживший на сырых болотах…

— Представил, — хмуро отозвался Гуров. В его памяти были слишком живы воспоминания об их с Крячко командировке в Беларусь, когда туровские коллеги обнаружили три обгоревших женских тела на пепелище давно потухших погребальных костров. Обоим еще долго снились змеи крупных металлических бус с зернью на почерневших шеях.

— Потом его женят на дочери польского короля ради укрепления добрососедских связей с государством, угрожавшим Древней Руси.