Книга Кровавый вечер у продюсера, страница 149 – Николай Леонов, Алексей Макеев

— А может, — напарник подпер рукой подбородок, — старый добрый блеф? И время сэкономим, не разгребая помои возле Рыжего, да и Тришкин нам про него ценное расскажет.

— Неплохо, — кивнул Лев Иванович. — Но сначала надо нащупать хоть какую-то кочку, от которой можно оттолкнуться. Самого Тришкина спрашивать пока бесполезно, отпираться будет. Если не от знакомства, то от общения точно.

— Тогда подумаем, на чем Юрочку подловить.

— А если не придумаем, будем импровизировать.

— Как всегда, — улыбнулся Станислав.

* * *

Сбор доказательств — не то же самое, что их поиск. Так как-то сказал Гурову один знакомый следователь. И здесь сыщик был с ним полностью согласен. Найти подтверждение тому, что Юрий Тришкин «работал» на бизнесмена Александра Синицына, оказалось сложнее, чем заставить первого признаться в поджоге расселенного дома или использовании чужих документов. Лев Иванович и Крячко опросили всех, кто мало-мальски знал Тришкина, проверили все номера его телефонов — как того, что был при нем в момент задержания на складе, так и найденный в тумбочке на съемной квартире. Сыскари даже попытались залезть в соцсети, но здесь их ждал провал — Юрий не пользовался ни популярными мессенджерами, ни не менее популярными сайтами соцсетей.

Тишина была и со стороны начальника райотдела, обещавшего прислать данные. Но друзья и это понимали — человек на такой должности не баклуши бьет. Найдет время и возможность, чтобы прислать то, что нужно, — и на том спасибо.

Единственное, что привлекло внимание Гурова — это несколько звонков с телефона некоей Кати. Однако и тут было объяснение — эта дама, чуть помладше самого Тришкина, жила в другом городе. Да и разговоры с ней не были такими уж долгими. Дотошный Стас не поленился съездить к арестанту в СИЗО и спросить его напрямую об этой Кате. Ответ, разумеется, был ожидаем: собеседник лишь пожал плечами и пояснил, что с женщиной у него было что-то вроде романа, довольно давно, они расстались, но отношения у них остались хорошие, и они их до сих пор поддерживают.

— Очень мило, — не без ехидства заметил сыщик, когда напарник пересказал ему свою беседу с Тришкиным.

— Да не то слово, — хмыкнул Станислав. — Роман в редких звонках.

— Жаль, не в письмах. А то бы прославились, как мастера короткого эпистолярного жанра.

— Лева, письма — это прошлый век. Сейчас романы в соцсетях и мессенджерах. Обмен «смайликами», гифками, видосиками и прочей чепухой.

— Ну, видать, Тришкин в этом плане отстал от жизни. Какие там «смайлики» с видосиками, если он даже в соцсетях нигде не числится?

— Хочешь подкинуть ему идею?

— Больно надо. Нет, Стас, мне кажется, не все так просто с этой Катей.

— Предлагаешь съездить да проверить? Живет ли по такому-то адресу такая-то гражданка? А потом завалиться к ней домой и спросить: а не знаете ли вы, уважаемая Катерина, товарища по имени Юрий Тришкин, секретный псевдоним — Василий Беляков?

Лев Иванович покосился на друга.

— Стас, если надо будет, я так и сделаю. Слава богу, что эта Катерина у нас в области проживает, а не в Твери или где-нибудь еще дальше. Тут вопрос в другом: а точно ли там на проводе Катерина?

— Думаешь, липовый номер, оформленный на левую бабенку?

— Ну, бабенка, может, и не левая. Может, даже и Тришкина знает. Но относительно их романа с Юриком меня очень большие сомнения гложут.