Книга Кровавый вечер у продюсера, страница 148 – Николай Леонов, Алексей Макеев

— А то. Там всем досталось — и нам, и следакам, и прокурорским, и бизнес-конкурентам. Синицын, как я узнал, тоже свою газетенку держит. Вот в ней и пописывает, какой он весь из себя в белом, а остальные — сам знаешь, в чем.

— Ой, Лева, ладно бы только это. Он из себя периодически строит жертву обстоятельств. То это, то пятое, то десятое. Что вон, менты поганые на него, честного и невинного, всех собак вешают, а остальные хором подпевают. Но я тебе больше скажу — не один Рыжий такой. Вся эта бизнес-братия именно таковой себя и считает. Но Рыжий, не знаю даже, как правильней сказать… Чуть ли не в культ это возводит.

— Стас, это всего лишь игра на публику. Ни больше ни меньше, — пожал плечами Лев Иванович.

— Знаю. Я, Лев Иваныч, вот еще на что обратил внимание. Помнишь, районный начальник нам рассказывал про убийство его коллеги там, в Твери?

— Ты про то, что за Синицыным и тут подобные грешки водятся?

— Про то самое.

— Ну… — Гуров призадумался, потом покачал головой. — Понятно, что дыма без огня не бывает, но у нас в последние годы и особо громких убийств-то не было. Чтоб не только на весь город или область. Террористы всякие не в счет, это точно не епархия какого-то мелкого дельца и бывшего бандюка. А так я не припоминаю.

— Было, — утвердительно заявил Станислав. — Не сказать, чтоб сильно недавно, но и не сто лет назад. Атюкова помнишь? Фирмача. Ну не то чтобы фирмача, у него свое производство было, чуть ли не завод целый.

— А, да-да, точно. Думаешь, Рыжего рук дело?

— Вот в некоторых СМИ есть на это намеки. Притом весьма такие жирные. Тот же Борисов — ну этот журналист скандальный — об этом писал, но он там Рыжего чуть ли не в открытую в причастности обвиняет. Странно, что тот по этому поводу судиться не стал. Как бандитом обозвали, так сразу в суд побежал, а тут…

— Черт его знает, этого Рыжего, — поморщился сыщик. — В чужую голову не залезешь. Тут, Стас, другое важно. Связь Рыжего с Тришкиным.

— Ты все же думаешь, что Юрик наш продолжал на него работать?

— Думаю, что да. А почему нет? Во-первых, они земляки. Во-вторых, у них общее криминальное прошлое. В-третьих, они хорошо знакомы. Хотя это априори вытекает из второго. Ну и в-четвертых, Синицын — не какой-то мелкий ларечник или рыночный барыга, а Тришкин — как раз человек, умеющий мастерски решать проблемы, известно каким способом.

— Аргументы, — кивнул Крячко, — но не настолько весомые.

— Знаю. Но это мне говорит интуиция и оперативная чуйка, — развел руками Лев Иванович.

— Да, против этого не попрешь, — хитро улыбнулся Стас, но потом посерьезнел. — По-хорошему, нам бы с тобой «доказуху» найти. Не обязательно железобетонную, но хоть какую-нибудь. Чтобы Юрочку нашего уломать да разговорить.

— Ты считаешь, что без этого мы не справимся? — ехидно поинтересовался Гуров.

— Справимся, Лева. И не таких, как этот Тришкин, раскалывали. Просто с доказательствами будет проще.

— С ними всегда проще. Но не всегда они есть.

— И что тогда предлагаешь? Взять в оборот Рыжего да копать ямы возле него?

— Это было бы хорошо, но, сам понимаешь, это не тот персонаж, где можно околачиваться в открытую да вынюхивать. И «барабашек» своих к нему не подошлешь, потому что он тоже не шелупонь мелкая. — Сыщик побарабанил пальцами по столу. — Надо что-то придумать.