Книга Скверное место. Время московское, страница 97 – Вадим Тихомиров

— Спасибо, утешил! Ты полагаешь, мы в субботу и в воскресенье не отдыхаем? Спим на рабочих столах?

— Парни, я тоже не местный, из Волгограда я. Практически из самого Сталинграда к вам пожаловал. Тоже домой к маме собирался. Сами понимаете, есть договоренности между нашими структурами. На карту слишком многое поставлено. На вас только и надежда.

— И как мы тебе все организуем за сегодня и завтра? Ну нет, это нереально.

Большаков и Рязанский посмотрели друг на друга и одновременно произнесли ту заветную фразу, которую они хотели выдать на-гора, еще только увидев выплывшего из темноты коридора контрразведчика:

— Без стакана здесь не разобраться.

— Без вопросов.

И Фирсов тут же вытащил из-за пазухи согретую собственным телом бутылку коньяка, судя по всему – настоящего. Это жест, легкий и какой-то по-пацански незамысловатый, растопил сердца двух мрачных оперов. Они вдруг улыбнулись и уже смотрели на контрразведчика не как на гостя незваного, а как на вполне ожидаемого товарища по несчастью.

— Ну, давай разливай!

Выпили, закусывая оставшимися от утреннего чаепития печенюшками.

— Так что такое справка-меморандум? – спросил Фирсов, и было понятно, что человек не стесняется показаться неучем.

— Справка-меморандум – это секретный документ, в котором излагается суть дела в сжатой и легкодоступной форме, – ответил Рязанский, не забывая при этом аккуратно упаковывать обратно в чемоданы разложенные на его столе бумаги гостя. – В твоем случае это бы выглядело так. Такой-то, приехал оттуда-то. По приглашению приехал или как. Где паспорт получал? Есть виза, нет визы. Сделал то-то. Встречался с теми-то, что говорил и так далее. Общается ли он с проститутками или нет. Если так, то можем поискать подход к бабе. Она напишет заявление, что ее изнасиловали. Предлог хорош любой, лишь бы его хотя бы на какое-то время задержать. Нам-то за что зацепиться?

— С проститутками не общается. Телефонные переговоры его записаны, имеется расшифровка, может, все-таки почитаете?

— Да ты пойми, сколько времени надо, чтобы прочитать все это! Ты с самого начала занимаешься этим делом?

— С самого начала.

— Вот! А мы даже еще толком не приступали. Так что лучше продолжай рассказывать. Он пересек границу нормально?

— Как и все. Без проблем.

— Вы пробивали его? Это тот человек?

— Вроде тот. Но наши возможности не безграничны. Исходя из наших возможностей – он и есть. Паспорт настоящий.

— А где сейчас живет?

— Квартиру снял на Юго-Западе.

— И чего?

— Ничего. Мы там все оборудовали, но он даже разговоры внутри никакие не ведет и никого у себя не принимает.

— А музыку громко не включает?

— Нет, он тихий. Соседи им довольны.

— Жаль, а могли бы найти наркотики или пистолет. Шучу.

— Да нет, он вообще положительный, в девять часов спать ложится.

— Ну и как тогда быть? Мы что, волшебники? Ну а ваша наружка работает, они-то что говорят, что он делает?

— Да ничего особенного. Время от времени ездит по обменным пунктам, меняет фунты стерлингов на рубли.

— С этого места поподробнее. Помногу сдает?

— Нет, маленькими партиями. По одной-две штуки.

— А вот это уже интересно. Может, сигналы какие подает?

— Хрен его знает.

— Обменный пункт при банке?

— Нет. Обычная конура на первом этаже жилого дома. Дверь, окошечко… да вы сами знаете.