Онлайн книга «Неслышные шаги зла»
|
Номер одноместный, но довольно просторный, с хорошей мебелью, меховым покрывалом на кровати, огромным телевизором и балконом. Не в каждом номере был балкон, а ей вот достался. И первые два дня, усаживаясь вечерами в плетеное кресло на балконе, она с удовольствием вдыхала ароматы подкрадывающейся осени. Запах опавших сосновых иголок, увядающей травы и ряски на озере — ей все это так нравилось, она дышала полной грудью. Она наслаждалась… первые два дня. А потом снова подкралось! Вдруг ни с того ни с сего показалось, что за огромным стволом старой сосны, ветками почти достающей до ее балкона на втором этаже, кто-то прячется. Подслеповато щурясь, Нина Николаевна тут же нацепила очки, вгляделась. И даже свесилась через перила. Но той тени, что ее насторожила, больше не увидела. Она ушла в номер, тщательно заперла балконную дверь, задернула плотную штору. И полночи пролежала без сна. Мысли в голову лезли нехорошие. Снова стало казаться, что с ней что-то не то. Что болезнь, диагностированная платным доктором, все же подкрадывается. И Саша просто жалела ее, уговаривая не обращать на дураков внимания. Потом, задвинув нехорошие мысли о недуге куда подальше, Нина Николаевна попыталась поразмышлять над вопросом: кому было надо над ней так издеваться? Кто мог ей так мстить? Сначала разыграли ее с подростками. Потом подсунули отравленную воду. Что за цель у злоумышленника? Ничего на ум не приходило. Лично она никому не сделала ничего такого. Да, они не всех находили живыми. К некоторым опаздывали. Но это же не повод уничтожать ее так изысканно! Она же не одна этим занималась, их же был целый отряд. Она вот уже и от дел отошла, в смысле ушла из отряда. А ее все равно кто-то преследует. Тень за сосной ей точно не почудилась. Потом вдруг снова стало казаться, что она сходит с ума. Даже поплакала немного. Уснула под утро. И сквозь сон слышала осторожные шаги под балконом. И даже, кажется, какое-то движение за балконной дверью. Но это был всего лишь сон. Она была уверена, что это сон, спровоцированный ее тревогой. Но бдительность свою удвоила. Осматривалась, оглядывалась, везде с собой носила телефон. Даже на массаже клала его возле лица. Сейчас, вернувшись с процедуры и устроившись в халате поверх покрывала на кровати, Нина Николаевна сунула телефон в карман. Там же держала и руку — в кармане. Дремота накатывала темным тяжелым облаком дурных предчувствий. Она больна. Это следует признать, а не отмахиваться, как алкоголики отмахиваются от существования проблемы. Сегодня, когда сидела в очереди на массаж, показалось, что за ней следят? Показалось. А после массажа слышала шаги за спиной, когда шла длинным коридором в полном одиночестве? Слышала. Паранойя? Прогрессирующая! И не было никаких мальчишек-велосипедистов, решивших над ней подшутить. И звонок из штаба если и случился, то на какую-то нейтральную тему. Никто ведь не признался, что звонил ей. Надо посетить невролога. Здесь принимают хорошие специалисты. И… Телефон в ладони дернулся и зашелся молодежной музыкой. Звонила Саша. — Ниночка Николаевна, здравствуйте, как дела? Как отдых? Как лечение? Как кормят? — забросала соседка ее вопросами. Что можно было ей ответить? Что на отдыхе с ней тоже не все нормально? Что ей кажется, что за ней следят? Ходит кто-то следом, пугая звуком осторожных шагов. И за сосной под балконом прячется. И ей снится, что по балкону ее кто-то ходит и дергает балконную ручку. |