Книга Поручик Ржевский и дама-вампир, страница 62 – Иван Гамаюнов

— А в подвал как спуститься? — спросил Ржевский.

— Вход снаружи, с торца.

Поручик обошёл вокруг здания. В стене, противоположной от входа в часовню, обнаружилась дверца. Порог находился вровень с уровнем земли.

Ржевский дёрнул за ручку, но эта дверь не поддалась. Барбара посмотрела удивлённо:

— Что вы делаете?

— А здесь заперто?

— Конечно. Это же склеп. Никто не держит склепы открытыми.

— Я так — попробовать, — пробормотал поручик, дурашливо улыбнулся и пожал плечами. — А у вас с собой случайно нет ключа?

— Нет, — ответила дама. — Склеп заперт уже много лет и останется запертым до тех пор, пока не понадобится поставить туда ещё один гроб.

Запертая дверь означала, что в склепе не живёт упырь. «Незачем держать дверь открытой, если через неё никто не ходит», — подумал Ржевский.

Вера в упырей, которая так окрепла за минувший час, начала стремительно ослабевать. Всё странное и подозрительное, что успел заметить поручик с момента приезда, теперь стало казаться вздором и игрой воображения. Вернулось убеждение, что в просвещённом девятнадцатом веке смешно верить в упырей.

Поручик в последний раз окинул взглядом дверцу, как вдруг заметил над ней в нише каменную доску с вырезанной надписью: три строчки латинских букв без всякого разделения на слова. Буквы шли непрерывным строем. Без разделения на слова. Видать, мастер подделывался под старину, когда такое начертание было в обычае.

Ржевский не считал себя мастером разбирать надписи, да ещё на иностранном языке, но первые полтора десятка букв вдруг сами собой сложились в два слова, смысл которых оказался вполне ясен: «куазино вампирум». А дальше — «транс» и чего-то там, но это было не важно.

Слово «куазино», конечно же, означало «казино». А слово «вампирум» вообще не требовало пояснений. Вампирское казино! «Это что же? Вывеска над входом? — подумал поручик. — А Барбара лгала, когда говорила, что дверь не отпирали много лет?»

Хотя бы раз в году — да хоть на Ивана Купалу! — здесь должны были собираться упыри и играть в азартные игры. А ставкой в этих играх, конечно, служила человеческая кровь. А упыри-помещики могли ставить на кон своих крепостных целиком, со всей кровью и внутренностями.

— Вас занимают старинные надписи? — спросила Барбара.

Поручик оглянулся на неё, стараясь выглядеть невозмутимым.

— Надписи на иностранном языке я не могу разобрать.

— Это латынь, — пояснила прекрасная пани и улыбнулась, в который раз показав клычки. — Я точно не помню перевод. Мне говорили, и я даже записывала, но опять же не помню, куда дела сам лист с записью.

Она весело засмеялась, но смех показался Ржевскому демоническим. «Она всё-таки упыриха!» — подумал поручик. На мгновение ему изменила храбрость, и он решил, что зря во всё это ввязался. Приехал в гости в упыриное логово и даже согласился остаться на ночь! Как можно проявлять такую беспечность!

Однако в следующее мгновение Ржевский взял себя в руки. Негоже гусару отступать даже перед упырями. Вызвался съездить на разведку, так теперь должен радоваться, что съездил не зря и обнаружил то, о чём можно рассказать Тасеньке и остальным.

Поручик огляделся в поисках ориентира, чтобы, если понадобится, самому найти дорогу в этот дворик, и ориентир тут же явился. Дворик был огорожен высокой каменной стеной лишь с двух сторон, а оставшиеся две стороны прикрывал обычный деревянный забор. Такой же забор окружал всю усадьбу, и это означало, что дворик расположен в углу усадьбы в противоположной стороне от главных ворот.