Книга Поручик Ржевский и дама-вампир, страница 124 – Иван Гамаюнов

Чиновник в мундире на мгновение остановился и воскликнул:

— Ба! Как тесен мир! — а ещё через полминуты Ржевский увидел, что это его старый знакомый — Иван Иванович Тайницкий, следователь из Петербурга. Тот самый чиновник, который полгода назад в Твери помог поручику распутать дело с отравлением и в итоге избежать многих неприятностей.

— Александр Аполлонович! — воскликнул Тайницкий, раскрывая объятия. — Какими судьбами?

Поручик был, конечно, рад встрече, но многое пока оставалось непонятным. Как Иван Иванович здесь оказался? И где Пётр Петрович Скрытников?

— Вы знатно меня удивили, — признался Тайницкий, заключая Ржевского в объятия, а затем оглядывая с головы до ног. — Однако сюрприз ваш удался лишь наполовину. Когда хозяин гостиницы сказал, что меня ожидает офицер, я сначала не понял. Спрашиваю: «Что за офицер? Опишите его». А мне в ответ: «Напористый, рыжий, в синем гусарском мундире». Тогда я стразу сообразил, что это вы. А вы, должно быть, надеялись, что я до последнего мгновения не догадаюсь, кто мне сюрприз готовит?

По правде говоря, Ржевский никаких сюрпризов не готовил. Вообще-то он думал, что к нему спустится Пётр Петрович, а не Иван Иванович. Однако поручику не удавалось даже рта раскрыть. Тайницкий, сам задавая вопросы, не оставлял времени для ответов и начинал говорить вновь.

По всему было видно, что чиновник неподдельно рад встрече. Настолько рад, что стал вести себя как обычный человек, а не как дрессированный коршун на государственной службе. Помнится, он и полгода назад, при прощании, уже обнаруживал тёплые приятельские чувства по отношению к поручику, а теперь и вовсе размяк.

— Обед мне в номер. Всё как обычно, но на две персоны, — приказал Тайницкий, взял поручика под локоть и повёл на второй этаж: — Как ваши дела? Ни на ком не женились?

— Нет. Бог миловал, — ответил Ржевский.

По лестнице им пришлось подниматься порознь. Та была слишком узкой, чтобы Тайницкий мог идти по ней под руку с гостем.

На втором этаже коридор оказался такой же узкий — не для прогулок под руку, однако комната, которую занимал Тайницкий, оказалась на удивление просторной. Можно сказать, это были почти две комнаты: спальня, совмещённая со столовой, и уголок под рабочий кабинет. Судя по всему, лучший номер в гостинице: светло, чисто и мебель не поцарапанная.

На письменном столе ни одного листа. Значит, Тайницкий по всегдашней привычке убрал свои рабочие бумаги в ящик и запер на ключ перед тем, как принять в своём номере кого бы то ни было. Единственное, что осталось на столе, это небольшой портрет императора Николая Павловича, хорошо знакомый Ржевскому.

Портрет всё так же производил впечатление живого изображения, которое в зависимости от настроения улыбалось, хмурилось и строило прочие гримасы. Вот и теперь поручику показалось, что портрет государя чуть поднял брови, как если бы хотел повторить за Тайницким: «Ба! Какими судьбами?»

«А хорошо, что мне встретился сначала Тайницкий вместо Скрытникова, — вдруг подумал Ржевский. — Со знакомым человеком проще. Расскажу ему своё дело, и он посоветует, как лучше к Скрытникову обратиться, или даже представит меня. Они же со Скрытниковым наверняка приятели, раз живут в одной гостинице. Или даже сослуживцы».

Догадка на счёт сослуживцев почти не вызывала сомнений. Если вместо Скрытникова явился Тайницкий, значит, они могут заменять друг друга в делах.