Книга Между двух войн, страница 93 – Геннадий Сорокин

Наконец, словно по команде, двери автобусов открылись, и поляки вышли с товаром наружу. Толпа пришла в движение, забурлила, началась толкучка, неразбериха.

Рядом с Вороновым раздались крики:

— У какого автобуса свитера продают?

— Джинсы, джинсы где?

— Пан, давай меняться! Ты мне кожаную куртку, а я тебе – золотое кольцо. Пан, посмотри, на нем бирка магазинная! Все по-честному, без обмана!

Рогов, сориентировавшись на месте, рванул в начало колонны, где поляки продавали джинсовые куртки и турецкие шалевые свитера. Воронов, раздвигая толпу локтями, двинулся следом. Кто и что продавал по пути следования, он не видел, так как счастливчики, найдя нужный товар, заслоняли спинами продавцов и отгоняли других покупателей:

— Вали отсюда! Мы уже с паном сторговались!

То тут, то там на обочине дороги вспыхивали драки – это местные рэкетиры требовали у приезжих покупателей дань за право приобрести дефицитные товары у поляков за полцены, а покупатели не желали без боя расставаться со своими кровными рублями.

Краем глаза Воронов заметил, что рэкетиры, молодые крепкие мужчины в кожаных куртках, присматривались к нему с Роговым, но пока не подходили. Местные бандиты чувствовали, что эти два парня из милиции, и требовать с них дань не стоит, только на неприятности нарвешься.

У одного из автобусов Рогов остановился. Худощавый поляк словно ждал его, достал из сумки турецкий свитер. Рогов ощупал товар, остался доволен и поинтересовался ценой. Поляк попросил восемьдесят рублей, Рогов стал торговаться. Сошлись на шестидесяти пяти рублях. Продавец вынес из автобуса сумку, доверху набитую свитерами. Рогов пересчитал товар и, прикрывая поляка спиной, передал ему деньги. В толкучке и неразберихе были случаи, когда деньги у продавца или покупателя грабители выхватывали прямо из рук и скрывались в толпе.

— Сколько ты взял свитеров? – спросил Воронов.

— Пять! Как раз поездка окупится.

Жена Рогова в Хабаровске устроилась товароведом в комиссионный магазин. Купленные в Тернополе свитера она могла оформить на подставных лиц и реализовать по цене в два-три раза дороже первоначальной.

Не успели Воронов и Рогов отойти от автобуса, как по толпе пронесся предупреждающий вопль:

— Облава! Облава!

Поляки дружно запрыгнули в автобусы. Колонна «Икарусов» двинулась вдоль трассы. Толпа покупателей, рэкетиров и перекупщиков дефицитных товаров – следом. Автобусы медленно ехали вдоль трассы, люди всех возрастов бежали рядом и кричали:

— Пан! Никому мои вещи не давай! Как только остановитесь, я тут же все куплю.

Воронов осмотрелся и не понял: «Где облава? Кто кого ловит? Где автозаки, где выстроившиеся цепью солдаты, где кинологи с рвущимися с поводка овчарками? Где милиция, в конце концов? От кого все побежали?»

Облава, вызвавшая паническое бегство, состояла из двух милиционеров, неспешно шествующих вдоль дороги. Помахивая опущенными резиновыми дубинками, милиционеры прошли мимо дальневосточников и остановились покурить у столба, служившего негласной границей города.

Воронов и Рогов пошли к вокзалу. По пути Виктор вспомнил о сестре и стал искать одиночного торговца из Польши, приехавшего в Тернополь не в составе организованной группы, а на частном автомобиле.

Около величественного католического собора Воронову на глаза попался потрепанный автомобиль «Пежо», забитый под потолок тюками с товаром. Около него крутились две старухи, стучали в окошки, требовали продавца выйти наружу.