Книга Между двух войн, страница 114 – Геннадий Сорокин

— Публикация архива будет смерти подобна! – заверила Сивоконь.

Мельничук, контролировавший финансовые потоки из Канады, выделять средства на выкуп архива отказался.

Откинувшись в кресле, он выслушал Сивоконь, неспешно раскурил кубинскую сигару и сказал:

— Ты хочешь выкупить архив за наши общие деньги? Память отца для тебя дороже борьбы за свободу? Не подскажешь, кто был твой отец, чем он прославился? Могу напомнить. Твой папочка до войны был бандитом, грабившим советские учреждения и зажиточных граждан. В 1941 году его поймали и посадили в львовскую тюрьму. Перед приходом немцев жители Львова восстали против советской власти и освободили заключенных. Момент первый: всех идейных борцов с советской властью каратели из НКВД расстреляли перед отступлением, а твоего папочку оставили. Почему? Да потому, что он был обычным уголовником, бандитом, а к бандитам советская власть всегда была снисходительна. Чем занялся твой отец после освобождения? Он стал соратником Степана Бандеры или начал формировать из местных жителей батальоны для отправки на фронт? Ничего подобного! На целый год он ушел в подполье и неизвестно чем занимался.

Мельничук выпустил дым в лицо опешившей Сивоконь и продолжил:

— В декабре 1942 года Ян Сивоконь сколотил отряд из уголовников, втерся в доверие к коменданту Львова и был направлен на борьбу с партизанами. Два года он искал партизан по лесам, но так и не нашел. Сочувствующие нашему движению сотрудники львовского управления КГБ подняли архивы и с удивлением узнали, что группа «С» в боестолкновениях с партизанами или отрядами Армии Краевой^[9] не участвовала. Чем же они занимались? Тем же, чем и до войны, – грабили мирных жителей.

В 1943 году твой отец был вынужден дать отчет о своей деятельности, а рапортовать было не о чем. Тогда он приказал расстрелять всех до единого жителей одной из деревень и заявил, что в этой деревне была крупная партизанская база. Ему не поверили, предложили лично явиться в львовское управление гестапо. Почуяв, что запахло жареным, твой отец повел группу «С» в рейд по тылам немецких войск. Десятки сожженных деревень, сотни расстрелянных крестьян и ни одного боя с настоящим противником.

Летом 1944 года группа «С» была зажата между немецкими войсками и наступающими силами Красной Армии. Чтобы не попасть между молотом и наковальней, Ян Сивоконь вступил со своим отрядом в бригаду Дирлевангера и принял участие в подавлении Варшавского восстания.

После войны по приказу Сталина началось расследование преступлений, совершенных немецкими войсками. Быстро выяснилось, что кровавый рейд группы «С» к немцам отношения не имеет. По личному указанию Берия материалы расследования рейда группы «С» были засекречены. Советское правительство не могло открыто заявить, что украинские и белорусские села жгли не фашисты, а советские граждане украинской национальности. Все бы ничего, все бы кануло в Лету, но член правительственной комиссии Алексей Толстой снял копии с секретных материалов и поместил их в свой личный архив. Сын его бывшего секретаря решил заработать на публикации этих материалов. Ты предлагаешь их выкупить. Зачем? Чтобы никто на свете не узнал, что твой отец вовсе не герой освобождения Галичины, а обычный бандит? Софья, память об отце – святое дело, но это нас не касается. Если архивные материалы будут опубликованы, никакого ущерба нашему движению они не нанесут. Какая разница, кто повинен в массовых убийствах: эсэсовские каратели или одуревшие от безнаказанности бандиты? Твое имя, без сомнения, будет опозорено. Ян Сивоконь расстреливал не только коммунистов и поляков, он и своих, галичан, не щадил.