Книга Смерть ранним утром, страница 65 – Геннадий Сорокин

«Хрен ты у меня что получишь! — поклялся Абрамов. — Вещами сестры будет Снежинка распоряжаться, а не этот прихвостень».

В тот же день, вечером, оперативники провели обыск в квартире Тимошенко. Старший группы, руководивший обыском, рассказывал Абрамову:

— Прикинь, во время обыска входит в квартиру женщина лет пятидесяти, модно одетая, накрашенная, спрашивает: «Вы кто такие? По какому праву вы хозяйничаете в квартире Дмитрия Ивановича?» Я показал ей служебное удостоверение и потребовал объяснений: кто она такая, какое имеет отношение к исчезнувшему хозяину квартиры. Она замялась, потом говорит, что она просто знакомая Тимошенко. Шла мимо и заглянула на огонек. Тут один из понятых говорит: «Врет она все, стерва! Она его любовница». Тут мы всем коллективом в осадок и выпали. Прикинь: ему — тридцать лет, а ей — пятьдесят два! Геронтофилия^[3] какая-то!

Абрамов не знал значения этого слова, но по смыслу догадался.

«Теперь понятно, — подумал он, — почему “молдаванка” в доме отдыха от избытка чувств хотела ему плюнуть в спину».

— Как квартира выглядела? — спросил Иван.

— Такое ощущение, что там либо был обыск до нас, либо хозяин в спешном порядке покинул жилище и больше туда возвращаться не собирался.

При обыске у Тимошенко из мусорного ведра и пепельницы были изъяты окурки сигарет. Проведенной биологической экспертизой было установлено, что выкурил их мужчина, имеющий четвертую группу крови.

…В эту ночь Василия Клопова вновь мучили кошмары. Один и тот же ужасный сон, воспроизводивший события, бывшие наяву, снился ему не в первый раз и имел два разных окончания. В 1944 году Красная армия освободила Винницу. Немецкий офицер, бывший у них на постое два года, исчез. Мать была беременна от него. На восьмом месяце беременности скрывать ее связь с немцем было уже невозможно. Отец Клопова пришел ночью. Он завел мать в комнату. Вася остался на кухне. Сквозь открытую дверь он слышал, как отец матом орал на мать, упрекал ее во всех смертных грехах. Мать закричала:

— Где же ты, герой мой ненаглядный, был, когда немцы пришли? В лес сбежал, шкуру свою спасал? Что я могла сделать, если нам с Васей жрать было нечего?

В ответ раздались три выстрела. Отец с пистолетом в руке вышел на кухню, посмотрел сыну в глаза, нехорошо ухмыльнулся и смилостивился:

— Ладно, живи, выродок! Сам сдохнешь.

Вася бросился в комнату к матери. По животу у нее расползалось кровавое пятно. Мама слабо улыбнулась и прошептала:

— Будь счастлив, Васенька! Пускай у тебя все будет хорошо.

Мать Васи умерла у него на руках. Отец ушел к бандитам в лес, и больше его Клопов никогда не видел. Сон о визите отца имел два окончания. В одном отец уходил, а в другом — стрелял сыну в грудь. Клопов давно заметил, что если он во сне остается живым, то ему будет сопутствовать удача в ближайшие дни. Если его убивали, то стоило ждать неприятностей.

Через тридцать пять лет после реальных событий в Виннице Клопов во сне остался живым.

Агафонов докладывал начальнику свои соображения по делу об убийстве Юлии Березкиной.

— Ее убийство — только один эпизод из серии преступлений. Основное звено в этой цепочке — это похищение Клопова. Все остальное…

— Сергей Николаевич! — перебил его Богомольцев. — Ты вообще думаешь, что говоришь? Какое к черту похищение человека? У нас даже статьи такой в Уголовном кодексе нет.