Книга Смерть ранним утром, страница 22 – Геннадий Сорокин

— А может быть, ты все-таки посмотрел и увидел, кто за рулем? Напомни нам, сколько раз в этом году ты останавливал Клопова Василия Дмитриевича?

— Один раз зимой я сделал ему замечание и один раз в марте дырку пробил.

— Не в дырке ли суть? — спросил Разуваев.

Водительское удостоверение советского образца состояло из двух частей. Само удостоверение представляло собой красную книжечку, в которой была фотография водителя и категории транспортных средств, на вождение которых выдавалось разрешение. Неотъемлемой частью удостоверения был талон предупреждений, отпечатанный на твердой бумаге, по размерам точно соответствующий водительскому удостоверению. В талоне предупреждений в нижней части были отметки на право управления транспортными средствами определенных категорий, а по трем другим сторонам шла разметка с цифрами от 1 до 8. Каждая цифра повторялись трижды. В случае грубого нарушения правил дорожного движения инспектор ГАИ дыроколом делал прокол в талоне предупреждений. Три прокола в течение одного года влекли за собой изъятие прав и направление водителя на пересдачу экзамена по правилам дорожного движения.

Гойко был настоящим фанатиком пробивания талонов. Там, где можно было ограничиться устным замечанием, он обязательно делал просечку и многим профессиональным водителям испортил жизнь. Человек, зарабатывающий на хлеб насущный рулем, без прав лишался работы. Чтобы избежать последней, третьей за год просечки, профессиональные водители готовы были отдать все что угодно, любые деньги. Они не раз предлагали Гойко откупиться, но он взяток принципиально не брал, даже если водитель готов был встать перед ним на колени и расплакаться.

— Клопов — мужик невыдержанный, грубиян, — продолжил Разуваев. — Чуть что, начинает стращать своими высокопоставленными знакомыми, угрожает всех уволить из милиции или даже посадить за превышение служебных полномочий. Уверен, что в тот день, когда ты пробил ему талон предупреждений, Клопов был в ярости. Это ведь была ваша вторая встреча, не так ли? Клопов мог подумать, что ты его специально выслеживаешь, чтобы прав лишить. И вот наступил момент истины! Машина Клопова несется по трассе, а Гойко смотрит на асфальт. Предположим, что так оно и было. Клопов облил Гойко грязью и умчался. Но если ты, Гойко, не видел автомобиль Клопова в лоб, то его заднюю часть должен был увидеть! Я с чего начал разговор про машинки? Два мальчика играют в песочнице, катают каждый свою машинку по дороге, которую сами сделали. Мальчики могут не запомнить друг друга, но как выглядели машинки, они будут помнить! Любой сотрудник ГАИ в первую очередь запоминает автомобиль нарушителя, а не внешность водителя. Ты, Гойко, дважды мог рассмотреть и Клопова, и его «Волгу». Ты — профессионал. С одного взгляда ты должен был вспомнить, чья это «Волга», но почему-то не вспомнил. Почему?

— Пока я оттирал брызги с лица, Москвин успел рассмотреть автомобиль и сказал, что это Клопов проехал.

— Странное у вас было утро! Автомобиль мчится на полном ходу мимо поста ГАИ, а командир взвода ДПС не обращает на него внимания. Клопов… Ну да черт с ним, с Клоповым! Вернемся к тебе, Гойко! Ты садишься за руль патрульного автомобиля и решаешь догнать нарушителя. Так? Автомобиль не заводится. Сколько времени у тебя ушло на то, чтобы завести двигатель?