Книга Подстава от бабули, страница 47 – Кристен Перрин

— Да, и ты еще скажешь мне спасибо. Там одежда с карманами. – Она широко улыбается.

Я сжимаю пальцами переносицу, стараясь успокоить бешеные мысли.

— Ты чего? – спрашивает Дженни. – Против карманов?

— Нет, я люблю карманы, спасибо, Джен. Просто… Просто у меня уже такая дикая паранойя, что я не могу отличить страхи от реальности. Уведомление меня напугало. Неужели тетя Фрэнсис так и жила? Всю жизнь? – Голос немного срывается и удивляет меня.

Дженни кладет руку на мою ладонь.

— Ты не похожа на свою тетю, – мягко произносит она. – Ну, может, чуть-чуть, но только в хорошем смысле. Помнишь ее дневники? Вы просто обе слишком умные, но с правильными друзьями рядом этот ум не принесет тебе проблем.

Я улыбаюсь Дженни со слезами на глазах.

— Спасибо. Надеюсь, у тети Фрэнсис был такой друг, как ты. Теперь тебе придется переехать ко мне и не давать слететь с катушек. Я уже вижу, какой может стать моя жизнь, если я буду каждую минуту думать об убийствах.

— Сожители тебе точно нужны, но, как бы эта деревушка ни старалась меня очаровать, мое место в Лондоне, – признается Дженни. Вдруг звонит ее телефон, она виновато улыбается. – Мама, надо ответить.

Пока Дженни бродит по саду, я начинаю рассматривать прохожих. Вокруг мансарды возведены стены, но столы стоят на возвышении, так что мне видна улица. Удобно наблюдать за людьми, как за птичками.

Взгляд сам падает на дорогой внедорожник, припаркованный у строительного магазина. Это машина Эльвы, жены Саксона Грейвсдауна, но сейчас к авто, выйдя из магазина, подходит не она, а сам Саксон. Он в модном светло-сером костюме и розовой рубашке, они подчеркивают светлые пряди в черных с проседью волосах.

После всех колкостей с обеих сторон в игре за наследство, в которой я в итоге оказалась победителем, отношения у нас с Саксоном натянутые. Но теперь я узнала, как погибла вся его семья, и взглянула на него по-новому. За одну ночь потерять обоих родителей и дедушку… А воспитывать его пришлось дяде Форду, который и унаследовал семейное поместье. Там, наверное, стало так одиноко. Я не собираюсь проникаться к нему теплыми чувствами из-за давней трагедии, но чувства мои все-таки меняются. У него много секретов, и он отлично их прячет. Мы встречались летом несколько раз, но я все-таки его почти не знаю.

Достаю телефон и делаю несколько фотографий. Новая привычка – совсем как у тети Фрэнсис: мне тоже кажется, что чем больше я буду знать об окружающих, тем безопаснее будет моя жизнь. Ну и пусть эти фото никогда не пригодятся, что такого?

Но как только внедорожник отъезжает, я понимаю, что они мне точно пригодятся, потому что, приблизив фотографии, вижу, что Саксон держал под мышкой. С моего места через дорогу казалось, что это просто бумаги, но что-то в их желтоватом цвете и форме бросилось в глаза.

Так и есть – я легко узнаю ярлычок в углу, потому что он один в один похож на те, что торчат из аккуратных рядов на полках в поместье. Это одна из папок тети Фрэнсис.

Я открываю приложение для фотообработки и повышаю резкость, хочу рассмотреть подпись получше. Полнейшей четкости добиться не получается, но я вижу «Г» и знакомые завитушки. «Грейвсдаун» – точно как на других папках. Я едва-едва могу различить букву после запятой. Это «О».