Книга Смерть в Рябиновой горке, страница 107 – Марина Крамер

— Какого черта вы майора в дверях держите?! А ну, брысь отсюда все!

Получившие четкие команды охранники спешно ретировались, и Женя беспрепятственно прошла сперва во двор, а потом и в дом, оставив Горицкого и Медведева на крыльце.

— Вы же без оружия, Евгения Борисовна, — негромко сказал Горицкий.

— Можно подумать, когда-то было иначе. Не волнуйтесь, Вячеслав Викторович, все будет нормально. Дождитесь полицию, пусть оцепят и никого не пускают. Когда приедут омоновцы, пусть начинают зачистку. Проверять всех. Ясно?

— Ох, зря вы это, зря… — покачал головой Горицкий, но дальше спорить не стал.

Женя вошла в просторный холл, напоминавший фойе театра — с хрустальными люстрами, с колоннами, с большими зеркалами в позолоченных рамах.

«Не хватает указателей с надписями «Гардероб», «Буфет» и «Вход в зрительный зал», — усмехнулась Женя про себя. До сегодняшнего дня она никогда не бывала в доме Ржавого, они всегда встречались на улице, даже если она и приезжала в Овраги. Но сегодня вообще все шло не так…

Хозяин спустился по лестнице с видом эстрадной звезды, идущей навстречу толпе беснующихся от счастья поклонников. Только вот Ржавого никакие поклонники и никакие овации не ждали, скорее наоборот.

— Доброе утро, Евгения Борисовна. Чего ж в такую рань, да еще и с бобиками? — недовольно спросил он. — Был же уговор насчет формы.

— Никакого уговора у меня с вами не было, — отрезала она. — А о чем и как вы с моим предшественником договаривались, меня не касается. Сейчас в вашем доме будет произведен обыск. Советую сразу выдать всю имеющуюся запрещенку.

— Обыск, значит? — вмиг растеряв вальяжность и барские замашки, ощерился Ржавый. — А ордер имеется у тебя?

— Ознакомьтесь, — невозмутимо произнесла Женя, протягивая заполненный ордер на обыск помещения. — Все? Годится? Повторяю вопрос — вы хотите добровольно выдать имеющееся оружие, например?

— Я не ношу оружия. Ты не борзей, Женя, плохо закончится.

— Я вам не Женя, а товарищ майор.

— Я тебя, товарищ майор, первый раз увидел, когда тебе лет восемь было, — захохотал вдруг Ржавый. — Уже тогда вредная была, мать не слушала. Ну, что глаза выкатила? Не знала, что ли? Арсений! — вдруг заорал он, обернувшись. — Арсений, сюда спустись, сестра приехала!

Женя напряглась, пытаясь понять, куда клонит хитрый авторитет. Арсений спустился по лестнице — у него под правым глазом красовался огромный синяк, а когда он подошел к Жене вплотную, она заметила на затылке заклейку:

— Что это, Арсик? Как ты вообще сюда попал? — обняв его, спросила она негромко.

— Ты где так долго была? — пробормотал он.

— Арсений, а ты не хочешь сестре рассказать все, что я тебе тут за два дня поведал? — вмешался Ржавый. — А то давайте посидим по-семейному, кофейку попьем с коньячком. Женька твоя с обыском явилась, вишь ли. Смелая стала. Смелая, но глупая, карьеру сломала себе.

— Гражданин Железный, я вам очень советую лишнего не говорить. Я найду, по какой статье вас на нары снова отправить.

— На нары? Меня? — захохотал Ржавый и уселся прямо на ступеньку. — Ну, ты точно в мать пошла… Та тоже берегов не видела, когда чего-то боялась.

— Ну, мне бояться нечего.

— А зря. Это Арсений мне кровь, а ты — нет. И на твоем месте я бы думал…

— Ты мне не отец! — развернулся Арсений и с какой-то ненавистью посмотрел на Ржавого.