Книга Кто шепчет в темноте?, страница 58 – Джон Диксон Карр

— А теперь я хочу, чтобы вы на мгновение задумались над тем, что именно это означает. Ваша сестра, я так понимаю, не из нервных барышень?

— Ни в коем случае!

Доктор Фелл замялся.

— Позвольте мне… гм… выразиться яснее. Она не из тех женщин, которые говорят, что вовсе не нервные, и смеются над сверхъестественным при свете дня, зато с наступлением темноты выказывают совсем иные чувства?

Очень яркое воспоминание пришло на ум Майлзу.

— Помню, – сказал он, – когда я был в госпитале, Мэрион со Стивом навещали меня при каждой возможности – какие же они милые, оба, – рассказывали разные анекдоты и истории, которые, как они думали, могут меня развеселить. Одна такая история была о доме с привидениями. Кто-то из друзей Стива (это жених Мэрион) обнаружил такой дом, находясь на дежурстве в отряде местной самообороны. В общем, они с компанией отправились туда на экскурсию.

— И каков результат?

— Судя по всему, они обнаружили там необъяснимую активность – полтергейст, и не самый приятный. Стив признался даже, что он разнервничался, как и кто-то из их приятелей. А вот Мэрион лишь развлекалась.

— О, ну надо же! – выдохнул доктор Фелл.

Он взял потухшую трубку, но снова отложил ее.

— В таком случае, попрошу еще раз, – продолжал доктор Фелл с нажимом, – припомните все обстоятельства. Вашу сестру никто и пальцем не тронул, никто не нападал на нее. Все указывает на то, что она потеряла сознание от нервного потрясения, потому что увидела что-то.

Теперь предположите, – гнул свое доктор Фелл, – что в этом деле не было ничего сверхъестественного. Предположите, к примеру, что я хочу напугать кого-то, изобразив привидение. Представьте себе, как я одеваюсь в белые одежды, мажу себе нос фосфоресцирующей краской и сую голову в окно, громогласно крикнув: «Бу!» – компании пожилых леди в пансионате в Борнмуте.

Наверное, они слегка вздрогнут. Может, подумают, что у дражайшего престарелого доктора Фелла весьма странное чувство юмора. Вот только напугает ли это кого-то? Сможет ли этот самодельный маскарад, эта нелепая попытка изобразить сверхъестественное произвести в наше время нечто большее, чем кратковременный переполох? Сможет ли это вызвать тот оглушительный эффект, который – как нам известно – заставляет кровь отхлынуть от сердца и может оказаться не менее смертоносным, чем нож или пуля?

Ударив кулаком в ладонь левой руки, доктор Фелл разразился извинениями.

— Я прошу прощения, – прибавил он. – Я вовсе не хотел ни неуместно шутить, ни возбуждать в вас страх за сестру. Однако… архонты Афин! – И он развел руками.

— Да, – признал Майлз, – понимаю.

Повисло молчание.

— Значит, вы видите, – продолжал доктор Фелл, – что предыдущий, выдвинутый вами пункт теряет свою важность. Ваша сестра, охваченная ужасом, выстрелила во что-то. Оно могло находиться и по другую сторону окна. Могло оказаться внутри комнаты. Могло быть где угодно. Но суть в другом: что же напугало ее до такой степени?

Лицо Мэрион…

— Но вы ведь не возвращаетесь к предположению, – воскликнул Майлз, – что все это дело сводится в итоге к вампиру?

— Я не знаю.

Прижав кончики пальцев к вискам, доктор Фелл взъерошил густые, подернутые сединой волосы, отчего они упали на одно ухо.

— Скажите мне, – пробормотал он, – есть что-нибудь такое, чего ваша сестра боится?