Книга Роковой подарок, страница 63 – Татьяна Устинова

Всё будет по полной программе – ужин и выволочка.

Видимо, Анна за тем и приехала, чтобы устроить ей хорошую выволочку. Роман давно пора сдать, все сроки горят, а писательница отлынивает и тянет резину.

Она несобранная, плохо организованная!..

— Анна Иосифовна, – проблеяла несобранная писательница жалобно. – Давайте вы прямо сейчас меня отругаете, а вечером не станете, пожалуйста! Я с ума до вечера сойду.

— Ты пишешь книгу? – спросила Анна таким тоном, что Маня моментально уменьшилась в росте. – Сколько уже написано?…

— Анна Иосифовна, я вам всё объясню!

— Вот и хорошо. Поговорим за ужином. Я живу в гостинице «Палас Роял». Почему-то гостиницы в провинции всегда именуются «Паласами» и «Роялями»! Я предпочла бы название «Купеческая» или «Мещанская», как-нибудь так. К семи часам.

— Анна Иосифовна…

— Ты же куда-то спешила.

— Да, мне нужно… по делам.

— Гена тебя отвезёт по всем твоим делам.

— Гена тоже здесь?!

— Ну, конечно. Я уже не в том возрасте, чтобы бегать по городу как… ты, Манечка.

…Если её повезёт Гена, Анна моментально узнает, что дела у неё не где-нибудь, а в следственном комитете! Этого никак нельзя допустить.

— Спасибо, Анна Иосифовна, тут совсем рядом, я уже почти пришла!.. Мне во-он туда! – И Маня неопределенно махнула рукой. – Не нужно Гены!

Анна всё поняла: девочка не хочет, чтобы водитель узнал, куда она направляется.

Ну что же.

— Тогда до вечера, Манечка. Я буду тебя ждать.

И Анна её отпустила.

Маня поклялась, что будет, и помчалась. Собственно, она понятия не имела, где ей теперь искать следователя Раневского и этот самый следственный комитет. Она и была-то всего раз, приехала на такси!

…Вот ужас. Должно быть, дела у писательницы Покровской совсем плохи, если уж сама Анна Иосифовна отправилась в другой город – путь совсем не близкий! – чтобы встретиться с ней.

От страха перед предстоящим разговором у Мани внутри всё как будто корчилось.

Алекс не одобрял её страхов и не верил в них.

«Ты взрослый человек, – говорил он с раздражением. – Ты должна сама отвечать за себя. Почему ты позволяешь всем подряд тобой управлять? Поучать? Заставлять?»

Маня отвечала, что не всем подряд, а только близким и тем, кто на самом деле что-то понимает в жизни в отличие от неё, Мани.

«Если ты ничего не понимаешь в жизни, отправляйся набираться опыта, – сердился Алекс. – Поезжай по городам, встречайся с людьми, слушай внимательно, что они говорят, смотри во все глаза, что они делают! Или ты не сможешь писать!»

Маня, которая ездила намного больше него и с людьми встречалась регулярно – он ненавидел встречи и всегда отказывался от них, – полностью с ним соглашалась. Она должна узнать жизнь настоящую, а не книжную, только тогда она станет полноценным писателем!

Но пока ещё не стала и до ужаса боится грозного издателя, лукавых интервьюеров, выступлений в больших аудиториях.

Забежав за какой-то угол, Маня достала телефон и посмотрела в навигатор.

Оказалось, что ей нужно совсем в другую сторону, как раз к библиотеке, и ещё дальше.

В кабинет Раневского Маня ввалилась вся красная, потная и первым делом попросила попить.

— Тренируюсь, – сказала она, когда следователь налил ей воды из графина. Мане показалось, что вода предназначена была для дохлого цветка, пылившегося на подоконнике. – На будущий год полумарафон побегу.