Книга Роковой подарок, страница 39 – Татьяна Устинова

…Какое-то воспоминание, в котором присутствовали именно ободранные ногти, копошилось у Мани в голове, но она никак не могла ухватить и вытащить его на свет божий.

— И вот ещё что. – Маня аккуратно собрала чешуйки обратно в конверт и полезла в рюкзак. – Смотри, это я украла сегодня в доме Максима!

— Маня! Ты опять шутишь?!

— Да честное слово, украла!

И она выложила перед Лёлей папку с фотографиями драгоценностей.

— Красота какая. – Лёля осторожно переложила папиросную бумагу. – Ничего себе! Вот это камень!.. Как ты думаешь, он настоящий?

Маня фыркнула:

— Стал бы Максим Андреевич у себя на столе держать фотографии… бижутерии!.. Уверена, что настоящие.

Даже на фотографии изумруд светился каким-то волшебным, инопланетным светом. Казалось, от его света по потолку бродят зелёные тени.

— Как это сфотографировано? – Лёля перевернула плотный картон. – В три-де?

— Понятия не имею.

Они ещё посмотрели.

— Был такой писатель Иван Ефремов, – начала Маня. – Он в пятидесятых годах писал фантастику. Между прочим, для своего времени очень даже прогрессивную. И у него в «Туманности Андромеды», по-моему, есть такая зелёная звезда, Эпсилон Тукана или ещё какое-то странное название! Фантасты вообще любят странные названия! Так вот, такое впечатление, что этот камень с той звезды.

Лёля всё рассматривала картинки.

— Маня, сколько же они могут стоить?

— Ну, мы вряд ли сможем купить, даже если сложимся на двоих.

— Вот ты опять!

— Видимо, всё зависит от… как это называется?… чистоты камней, от веса.

— Каратности, – подсказала Лёля.

— И от работы. Если это музейная вещь, цены ей нет, а если современная… всё равно нет. И я не понимаю, зачем Максим держал эти фотографии в папке на столе?

— Может, собирался купить?

— Или продать?

И они посмотрели друг на друга.

— Интересно, Женя знает о драгоценностях?

— Маня, ты думаешь, это важно?

— Лёлик, я понятия не имею! А вот это важно, как ты думаешь? – И она достала диплом стрелкового клуба.

Лёля прочитала и ахнула.

— Выходит, эта самая Женя – снайпер?!

— Выходит, так. И хорошо, что я диплом утащила до того, как его увидели… правоохранительные органы! Она бы тогда точно не выбралась, Женя.

— Маня, но если так, значит, у неё вполне может быть где-то припрятан пистолет.

— И даже наверняка, – согласилась Маня. – Но это не означает, что она пристрелила мужа.

— Ты же говорила, что застрелил садовник Паша!

— Я говорила, что он мог, потому что именно его Максим увидел в кустах!

— А может, там они оба были? И Женя, и садовник?

— Лёлик, не пори чушь, – отрезала Маня. – Но в стрелковый клуб я съезжу. И к Паше в институт.

— Откуда ты знаешь, в какой?

— Маргарита сказала, домработница. Он учится в сельхозакадемии.

И Маня стала собирать со стола посуду.

Лёля рассматривала фотографии.

— Маня, – сказала она наконец. – Мне кажется, это… опасная история. Раньше я думала, что просто семейная, а теперь мне кажется… по-другому. Если в дело замешаны такие… драгоценности!..

— Ты хочешь мне сказать, чтоб я не лезла не в своё дело? Мне следователь Раневский все уши прожужжал! Не лезьте, говорит, не в своё дело, гражданка писатель! Я в другой раз его стукну, когда он меня так назовёт.

— Мань, но он прав.

Писательница пофыркала носом и удалилась в свою комнату. Бросилась к компьютеру и принялась усердно писать.