Книга Роковой подарок, страница 131 – Татьяна Устинова

— Вот, я же тебе говорила! – воскликнула Машка.

Павел исподлобья смотрел на её мать.

— Простите меня, – пробормотал он и густо покраснел.

— Тебе нужно научиться думать не только о себе, – жёстко сказала писательница Покровская. – Да, да! Все эти твои самобичевания и самообвинения от того, что ты сам для себя – центральная фигура. Важнее твоих страданий нет ничего на свете! Почему-то все должны тебя утешать, выслушивать, отговаривать от побега, переживать за твой диплом! Танцы вокруг себя ты воспринимаешь как должное, а это никуда не годится, Павел! С тобой никто не станет возиться… всю жизнь. В конце концов это надоест даже самым близким обожателям. Вон Машке! И профессору Шапиро надоест. И в один прекрасный день ты вдруг уразумеешь, что остался один и некому рассказывать, какой ты плохой и ни на что не годный.

…Маня сама до конца не знала, кому она это всё говорит, мальчику Павлику или Алексу Шан-Гирею, гениальному писателю и мужчине её жизни!

— Желательно приступить к работе над собой прямо сейчас, – продолжала Покровская, – иначе к сорока годам не управишься.

— Я… не такой! – Павел посмотрел на Машку. – Я… да. Правда. Мне нужно подумать. Я постараюсь.

— Павлуш, ты не огорчайся, – попросила Машка. – Я никогда от тебя не устану, и ты мне никогда не надоешь! Ну, я-то знаю!.. Пойдём на пристань, а? Ну… туда… где мы… – Она запнулась и стала энергично чесать ногу под джинсами, от смущения. – Рита сказала, что обед через час!.. Мам, мы сходим на речку, ладно?…

Маня вздохнула. Тянуть дальше было никак нельзя.

— Жень, а вот мне точно нужно с тобой поговорить. Вернее, мне нужно, чтоб ты ответила на мои вопросы.

— Ну конечно.

— Только честно! – предупредила Маня грозно. – Пойдём в дом.

Уверенным шагом, впереди Жени Маня поднялась по лестнице и толкнула дверь в кабинет Максима.

Здесь ничего не изменилось, только шторы были задёрнуты и в комнате был зеленоватый полумрак.

— Зачем мы сюда пришли? – спросила Женя и огляделась. – Я и не заходила ни разу…

Маня, стараясь не слишком ей сочувствовать, промаршировала к столу.

— Я приехала сразу после того, как тебя забрали, – начала она. – Рита меня впустила, я ей что-то наврала, не помню что. Вот здесь, на столе, лежала папка с фотографиями. Женя, ты слушаешь меня?

Вдова Максима оторвалась от фотографий, которые рассматривала.

— Нет, – призналась она. – Но я постараюсь.

— Да уж, постарайся. Фотографии превосходного качества, жемчужное ожерелье с изумрудом и серьги-подвески. Ты видела их?

— Нет. Никогда.

— Елена Васильевна сказала, что Максим их купил. Ты знала?

Женя покачала головой. Маня изо всех сил всматривалась в её лицо, стараясь рассмотреть… правду.

— То есть ты не видела ни украшений, ни фотографий! И ничего о них не знаешь?

— Так и есть.

— Ладно, – подытожила Маня. – Тогда пойдём дальше!

И вышла из кабинета, Женя за ней.

— Вот эта комната твоя? – Маня открыла дверь. – Здесь я тоже была. У Максима со стола украла папку с фотографиями, а у тебя – диплом стрелкового клуба.

— Зачем?…

— Чтоб он не попался на глаза следователю! – почти зарычала Маня. – Я считала, что должна тебя спасти!

— От чего? От следователя? Но я не убивала Максима, Маня!..

Маня прошла по ковру, заглушающему шаги, и заглянула за шкаф.

…Удивительно дело!