Онлайн книга «Тени южной ночи»
|
«Ну и ладно, — оправдывалась Маня, — ну и что? Ничего же нет плохого! Мне просто так интересней!» «Прекрасно! — восклицал Алекс. — Тебе так интересней, а меня уволь, уволь! Я устал от твоих благоглупостей!» — Я устал от твоих приставаний! — громко сказали совсем рядом, за кустами, в которых продолжал резвиться Волька. — Зачем ты сюда-то приперлась?! Сидела бы в своем Пятигорске, ты ж его обожаешь, жить без него не можешь! Тон, каким была сказала фраза, словно бы принадлежал Алексу Шан-Гирею, и Маня вдруг вся залилась потом от страха. Как?! И он здесь?! Объясняется с кем-то в сирени?! — Вот и живи там, а от меня отвянь. Говорили мне пацаны, что после развода года два будет сплошной треш! А я не верил! …Слава богу, голос совсем не Алекса! Да откуда тут ему взяться-то, чего ты так испугалась?! — Толь, да я просто так прилетела, — сказал женский голос очень грустно. — Скучаю я. Столько лет… — А я, блин, не скучаю, некогда мне скучать! У меня башка вся забита работой! Вкалываю с утра до ночи! Мне ресторан предложили взять, а как, к лешему, брать ресторан, когда я на телике жизнь живу! — Какой ресторан? — словно бы оживилась женщина. — Такой! «Васильки», помнишь? — Ну конечно, помню! Так они с тех пор шефа не нашли?! — Кого попало туда не возьмут, а кого не попало нету! — Толя, так, может, тебе согласиться, а? Помнишь, ты мечтал! Ты же первоклассный шеф! Тем более они еще раз предлагают! — А телик куда я дену? Рекламу? Мне ж за нее платят конские бабки, а там чего? Опять все из болота на собственной хребтине тянуть?! — Тебе на жизнь хватит! Зато опять ресторан свой, ты же хотел! — Ничего я не хотел! Ничего я не помню! Поговорили — и хорош, все! И не таскайся ты за мной, сколько раз повторять! Маня, сообразив, что ее сейчас застанут за подслушиванием, потянула Вольку и неуклюже двинулась было прочь, но из кустов уже выскочил Толян Истомин и широко зашагал в сторону здания. На Маню он не обратил никакого внимания. Писательнице Покровской очень хотелось посмотреть на женщину — все ведь уже понятно: недавно развелись, видимо, прожили вместе всю жизнь, она никак не может смириться, «таскается» к нему, даже прилетела откуда-то, из Кисловодска, что ли!.. Но чувство приличия, даже с поправкой на писательскую бесцеремонность, не разрешило ей топтаться на линии подслушивания и подсматривания дальше, и она, не оглядываясь, поплелась в сторону толпы операторов. Из того, что они продолжали толпиться, явствовало: чинимое оборудование до сих пор не починено. — Марина Алексеевна! Чаю не хотите? Роскошный Гена возле роскошного лимузина сиял роскошной улыбкой. — А откуда у вас чай, Гена? Гена неторопливо обошел машину и поднял крышку багажника. — У нас с собой всегда небольшой несессер. — И он принялся возиться внутри. — Анна Иосифовна не любит чай на заправках или в кафе. Мы возим свой. — Никаких сомнений, — пробормотала Маня себе под нос, приблизилась и заглянула. В багажнике оказался раскинут некий чемодан, кажется, красного дерева снаружи и синего бархата изнутри. На откинутой крышке сервирован чайный прибор, серебряный термос с носиком, видимо, чтоб больше походил на чайник, лимон, крохотная сахарница со щипчиками и несколько сэндвичей, сделанных по всем правилам. |