Онлайн книга «Тени южной ночи»
|
Она была уверена, что Паулина рыдает по Толяну Истомину, так или иначе, он был близким ей человеком, и вдруг погиб, такое потрясение! — Они… меня… слили, — горестно проикала Паулина, запрокинула бутылку с нарзаном и стала булькать. — Из-за Соньки!.. Но ведь он раскрутился на моем ресурсе! А не на Сонькином! И все денежки от меня пошли!.. А те… теперь что? Я никому не нужна?! Майор дождался, пока она перестанет булькать, и спросил: — Кто вас слил? Паулина махнула рукой. — Продюсер ихний! Он меня всегда выбешивал, а тут слил!.. Гад ползучий!.. — Ты расскажи толком, — попросила сердобольная Маня, продолжая гладить девушку по голове. Она все еще верила, что Паулина плачет по убитому повару. — Не торопись и все расскажи. — Да что рассказывать! — вдруг вмешалась Хлоя. — По раньше была девушкой продюсера! Ну, девушкой на выход, все понятно! Ему лет сорок, да, По? И жене наверняка лет тридцать пять, ну куда?.. И детей трое. Да, По?.. С женой не пойдешь на тусу, она старая и толстая. Ну, вот он По и стал выводить потихоньку, а потом сплавил ее Толяну! — Зачем? — это Маня спросила. — Так Толяна решили раскручивать! — горестно ответила Паулина. — А для раскрутки деньги нужны. На свой канал в инете, на съемки в телике, на интерьеры красивенькие. Вот Гарик, продюсер, его увидел в ресторане каком-то, позвал в эпизоде сняться. Толян там отличился, всем понравился. И в него решили вкладывать, он перспективный. Ну, меня наняли для фотосессий, чтоб красиво, чтоб я фотки правильные делала и у себя на странице выкладывала! Ну, где мы с Толяном как бы пара! А Гарик еще какой-то колхоз купил до кучи. Ну, где продукты делают! Молоко, яйца. Холдинг, что ли. — Агрохолдинг, — подсказала Маня. — Ну вот, Гарик и подумал, что Толяна раскрутит, и тот будет ему рекламировать вот это все, жратву разную. А там деньги не просто большие, конские!.. — То есть ты была к нему приставлена в качестве… красивенькой девушки? — уточнила Маня. — Или контролера? — Ну, и то и другое! Я Гарику все докладывала — куда ходил, с кем ходил, сколько пил, с кем пил! Гарику же не в цвет, чтоб Толяна какой-нибудь другой продюсер перекупил. Гарик вложился, имя ему сделал, вон он на всех щитах мазик рекламирует! — Что рекламирует? — переспросила писательница. — Майонез, — пояснил майор. — Так, это понятно. Что произошло накануне последней съемки? — Надо говорить — крайней, — опять вмешалась Хлоя. — Дики, ты что, не знаешь? Последняя — это когда в последний раз! Ой, для Толяна же так и получилось… — Толян сказал, что он теперь будет… что он теперь… с Соней Крузенштерн, так Гарик велел. — И Паулина опять затряслась от рыданий. — У нее подкаст, она хорошая ведущая. А меня побоку! А на меня все подписаны из-за Толяна! И я теперь всех рекламодателей потеряю! И Гарик перестанет в меня вкладывать, зачем я ему без Толяна! — И вы Истомина убили, — заключил майор. — Дики, ты что, тупой? По никого не убивала! — В день смерти Истомина вы где были, гражданка Пахомова?.. Паулина подняла на Раневского несчастные глаза. С правого наполовину отклеилась черная ресничная полоса и теперь болталась, мешая смотреть. — А когда… он… его?.. Я же не знаю… — В последний день съемки, первого июля. — Так это уже давно-о-о-о, — протянула Хлоя. |