Книга Зуб мудрости, страница 30 – Лэй Ми

— Хм, об этом деле я в курсе… – У Цяо продолжал стучать по клавиатуре, не отрывая глаз от монитора. – Этот Чжан Мин, скорее всего, тот самый, кого я отправил в центр соцпомощи.

Помощник полицейского Ван Даго почесал затылок:

— В участке сказали вернуть его обратно, а дальше пусть община разбирается.

— Ладно.

У Цяо снова углубился в работу. Через несколько секунд он заметил, что Ван Даго все еще стоит на месте.

— Что-то еще?

— Э… Мы когда идем в центр? – робко спросил Ван Даго.

У Цяо раздраженно вздохнул:

— Возьми кого-нибудь еще. Разве не видишь – я по уши в работе?!

— Ага, понял! – Ван Даго поспешно направился к выходу. – Я тогда со второго наряда кого-нибудь позову…

— Да без разницы!

У Цяо махнул рукой, но, когда опустил ее, ладонь грохнулась о стол.

— Черт, – пробормотал он себе под нос. – Если б тогда обыскали берег как следует, может, и старушку успели бы спасти…

* * *

Безымянный был повсюду. На следующий день Ли Минчжи передал ему двадцать тысяч юаней, аккуратно завернутые в газету.

— Откуда ты достал эту сумку? – удивленно спросил Ли Минчжи, видя зеленую холщовую сумку в руках Безымянного.

Тот лишь усмехнулся, тщательно пересчитывая купюры, прежде чем запихнуть их под подушку.

— Пожалуйста, оставь меня в покое, – униженно просил Ли Минчжи.

Безымянный удобно устроился на койке, показав два пальца:

— Даю тебе еще два дня. Получу деньги – исчезну.

— Ты меня в могилу сведешь! – Зубы Ли Минчжи скрипнули от ярости.

— Тогда отправишься на тот свет вместо того дебила, – еще довольнее ответил Безымянный, поворачиваясь на бок и закрывая глаза.

Ли Минчжи снова и снова перебирал документы о его поступлении в центр, но так и не понял, откуда взялся этот человек. Его хладнокровие, решительность и жестокость пугали. Это был не обычный бродяга и уж точно не умственно отсталый. Почему он оказался ночью на шоссе голым, Ли Минчжи не знал. Ему лишь хотелось поскорее избавиться от этого проклятия.

Однако Ли Минчжи постоянно ощущал на себе этот тяжелый, полный скрытой угрозы взгляд. Где бы он ни находился – в столовой, на спортивной площадке, за углом здания или у окна, – стоило ему тревожно оглянуться, как он сразу замечал Безымянного. Тот стоял неподалеку и смотрел на него с многозначительным выражением. Каждый жест, каждый взгляд, даже то, как он пережевывал пампушку, казалось, беззвучно повторяли одно и то же: «Ты – убийца. Я знаю».

Но хуже всего было то, что Безымянному, видимо, этого показалось мало. Он начал носить одежду, снятую с того самого мертвеца, – это было для Ли Минчжи последней каплей. На грани нервного срыва, он схватил Безымянного за руку возле детских качелей и прошипел сквозь зубы:

— Какого черта тебе нужно?

— Напоминаю, – спокойно ответил Безымянный, даже не пытаясь высвободить руку; на его лице по-прежнему играла улыбка. – Ты так занят, директор Ли; боюсь, как бы ты не забыл про деньги…

— Завтра! Черт возьми, завтра! – Ли Минчжи скрипел зубами. – Сколько раз мне еще повторять?!

— Главное, чтобы помнил. – Безымянный легко высвободился. – Успокойся. Не стоит привлекать внимание.

Грудь Ли Минчжи тяжело вздымалась, когда он резко развернулся, чтобы уйти. Но сделав всего два шага, почувствовал, как сердце его бешено заколотилось – к качелям направлялся полицейский в форме.