Книга Не засыпай, страница 42 – Меган Голдин

Надевая ботинки, я внимательно слушаю, о чем они там шепчутся. Он говорит ей, что полиция собирает записи с видеокамер магазинов на этой улице.

— Мы думаем, что убийца мог попасть на камеру, когда покидал место преступления, – говорит он. – Мы ходим по всем магазинам этого района, нам нужны записи, сделанные начиная с раннего утра.

Продавщица заметно понижает голос.

— У нас есть камеры, направленные на улицу. Вам нужно поговорить с менеджером, чтобы получить копии. У вас есть какие-то догадки, кто это мог быть? – спрашивает она. – Я имею в виду убийцу.

— С жертвой видели женщину с длинными темными волосами до пояса. В последние дни вы не замечали поблизости никого, подходящего под описание? – спрашивает полицейский.

— Насколько я помню – нет, – отвечает она.

Я смущенно дотрагиваюсь до своих коротких волос, по телу проползает паника. Мои волосы были длинными, когда этим утром я проснулась в парке, в точности такими, какими их описал коп. Слово «ПРОСНИСЬ!» написано на моем запястье. Это больше, чем совпадение. У меня ужасное чувство, что я связана с этим преступлением.

Я прохожу по магазину в ботинках, создавая убедительное, надеюсь, впечатление, что я раздумываю, брать их или нет. Как только полицейский уходит, я снимаю ботинки и надеваю обратно свои.

— Ну разве эти ботинки не потрясающие? – спрашивает продавщица.

— Они милые, но у меня очень широкая стопа, и мне в них не совсем комфортно. Я подойду, чтобы померить другие, когда у меня будет больше времени, – говорю я прежде, чем торопливо выйти из магазина.

Я медленно иду прямо к скоплению людей, вытягивающих шеи, чтобы посмотреть на здание через дорогу.

— Кто-то там сегодня погиб. Закололи его, – мужчина в джинсах и ветровке цвета хаки указывает на окно шестого этажа. – Убийца написал что-то на окне. Видите?

Я, прищурившись, смотрю вверх. Я не вижу надпись с этого расстояния.

— Я слышал в новостях, что надпись сделана кровью самой жертвы. Вот почему я пришел сюда. Хочу сам это увидеть, – говорит кто-то в толпе, поднимая над головой айфон и пытаясь приблизить изображение нужного окна в камере.

— Как думаете, что это значит? – говорит женщина, не спрашивая кого-то конкретного.

— Убийца посылает нам сообщение, – отвечает мужчина.

— Это предупреждение, – заявляет еще кто-то истерично высоким голосом. – Мы должны проснуться и раскаяться в собственных грехах, пока не поздно.

Среда, 12:24

Место преступления изменилось к тому времени, когда Дарси Хэллидей и Джек Лавель вписали свои имена в журнал и проскочили под желтой полицейской лентой, натянутой у входа в квартиру.

Стоя на коленях на полу гостиной, криминалист аккуратно снимал отпечатки пальцев с подлокотника кожаного дивана. Другой специалист в поисках отпечатков дотошно смахивал кисточкой черную пыль с дверцы холодильника из нержавеющей стали.

По спальне были разбросаны пронумерованные карточки, показывающие, где были найдены улики. С матраса все сняли. Простыни были упакованы в мешки как улики. На матрасе виднелись пятна крови.

В углу детектив Джеймс Боуэн рисовал план спальни с точными размерами. Лоб, испещренный морщинами, и окладистая коричневая с сединой борода делали Боуэна похожим на медведя.

— Скажи мне, что вы нашли что-нибудь, что могло бы помочь нам опознать жертву. Билетик из прачечной? Мобильник? А лучше – его пропавший кошелек? – сказала Хэллидей.