Книга Не засыпай, страница 144 – Меган Голдин

Я лежу неподвижно, мои глаза прикрыты ресницами, пока я оглядываю серо-голубую спальню, пытаясь понять, где я и как я здесь оказалась. Рядом с кроватью стоит бутылка белого вина. Что удивительно. Я не люблю белое вино и редко его пью. На ковре раскидана женская одежда, которая, как я предполагаю, принадлежит мне. Пока я пытаюсь понять, что происходит, дверь спальни распахивается, и кто-то заходит в комнату. Его тень падает на стену. Она становится больше по мере того, как он приближается, пока я не узнаю его.

— Бретт? – бормочу я как во сне.

— Ради всего святого, спи, – говорит он. – Тебя должно было вырубить.

Жестокость его тона пугает меня почти так же, как и его слова. Вырубить? Я соображаю. Почему меня должно было вырубить? И тогда моя интуиция говорит, что он намеревается навредить мне. Включается инстинкт самосохранения. Я притворяюсь, что сплю, настолько убедительно, что почти засыпаю, когда он садится на корточки, чтобы проверить меня, касаясь рукой в резиновой перчатке.

Должно быть, он удовлетворен, потому что он отходит в сторону, и вскоре я слышу, как он, напевая, открывает кухонный шкаф и что-то достает. Я поворачиваю голову в сторону и ахаю, когда сталкиваюсь лицом к лицу с рыжеволосым мужчиной, спящим рядом со мной.

Когда возвращается Бретт, я притворяюсь, что сплю, выдыхая ровно и ритмично, все время прислушиваясь к шороху ткани, пока он снимает одежду с мужчины рядом со мной и сбрасывает ее на пол.

Раздается хлюпающий звук. Матрас смещается. Я не понимаю, что происходит, пока Бретт не кладет мне в руку холодную рукоять ножа. Он мокрый и липкий. Я чувствую запах крови. Он укрывает нас обоих простынями, практически укладывает нас, прежде чем исчезнуть в ванной.

Гудят трубы и громко плещется вода. Он моется. Когда я поворачиваю голову, я сразу понимаю, что человек рядом со мной мертв.

Быстро встаю с кровати, натягиваю лежащие на ковре джинсы и женскую кофту. Не застегивая джинсы, я сую ноги в ботильоны, одним глазом следя за полоской света под дверью ванной, чтобы убедиться, что он не выйдет. Запах хлорки проникает в спальню через дверную щель под ванной.

Нож упал с кровати на лежащую на полу футболку. Я хватаю ее и, завернув в нее нож, направляюсь в гостиную. Свободной рукой я тихо отпираю входную дверь.

На крючке возле входной двери висит женский кардиган без пуговиц. Я перебрасываю его через руку, выскальзываю из квартиры и мягко закрываю за собой дверь. Отраженный на полу свет ведет меня в темноте к лестничной клетке. Спустившись по лестнице в подвал, я толкаю дверь и оказываюсь в переулке. Я надеваю кардиган, сую в карман завернутый в футболку нож, чтобы сохранить его как улику, и иду к винному магазину на углу. Я так напугана и сбита с толку, что все, о чем я могу думать, – это необходимость предупредить Эми, прежде чем он до нее доберется.

Я ловлю такси и даю адрес нашей квартиры в Бруклине. Я смотрю в окно машины, как ореолы вокруг уличных фонарей подмигивают, словно разделяя со мной секрет. Убаюканная гулом радио, я чувствую, как у меня тяжелеют веки, и засыпаю.

Среда, 23:24

Хэллидей колесила по кварталу в поисках места для парковки возле своего многоквартирного дома, когда на ее телефон пришло текстовое сообщение.