Книга Ночное плавание, страница 111 – Меган Голдин

Мы все думали, что К. сейчас упадет в обморок. У нее началась настоящая паническая атака. Она закрыла лицо руками. Казалось, она задыхается. Ее отец удерживал ее мать, пока соцработник оказывала ей помощь.

— Ваша честь, – сказал Элкинс. – Свидетельница дает показания больше четырех часов. Это слишком. Она еще ребенок. Мы можем закончить на сегодня?

Дейл Куинн попытался заработать очки у присяжных, показав, что он в равной степени беспокоится о самочувствии К. Он поспешил принести ей стакан воды, а затем устроил грандиозную демонстрацию великодушия, согласившись, что она может покинуть трибуну, пока не почувствует себя достаточно хорошо, чтобы продолжить давать показания. В то же время он ясно дал понять, что он еще не закончил с ней. Далеко не закончил.

Я подслушала, как он тихо сказал судье, что и близко не подошел к завершению перекрестного допроса.

— Одиннадцать минут, ваша честь, – сказал он. – Потерпевшая давала показания часами. У меня же было всего одиннадцать минут. Я не могу защитить своего клиента за одиннадцать минут.

Для К. все еще не кончено. Ей придется вернуться в суд, чтобы завершить перекрестный допрос. Сегодня она едва продержалась одиннадцать минут. В следующий раз это может занять часы. Возможно, даже дни.

Покидая зал суда, Митч Элкинс выглядел крайне обеспокоенным. И это человек, известный своей невозмутимостью. Без ее показаний у него, считай, нет дела. Ему нужно вернуть К. на трибуну. Но какой ценой?

Один из вопросов, который я постоянно задаю себе: стоит ли оно того? Когда человек переживает ужасную травму, его разум настроен забыть о том, что произошло. Потеря памяти из-за травмы – защитный механизм. Она помогает нам оставаться в здравом уме.

В данном случае шестнадцатилетнюю девочку просят рассказать перед большим числом незнакомых людей, публично, каждый травмирующий, ужасный момент той ночи на пляже, чтобы, возможно, хотя бы возможно, ее предполагаемый насильник был наказан за то, что он с ней сделал.

Она делает это для себя или для общественного блага? Обретет ли она успокоение, если он попадет в тюрьму? Оправдает ли это ее? Или уничтожит? Боль и травма, которые ей пришлось пережить, чтобы добиться его осуждения, сегодня ужасно ударили по К. Она неудержимо дрожала. Взгляд застыл. На лице отразились мучения.

Травма, связанная с дачей показаний в открытом суде, является одной из главных причин, по которой так много жертв изнасилования предпочитают не давать показания и по которой так много случаев изнасилования никогда не преследуются по закону.

Мы видели, как порой К. едва могла сформулировать предложение. Мы видели ее горе и отчаяние. Мы видели, как соцработнику пришлось поддерживать ее, чтобы ее ноги не подкосились, когда она поднималась на трибуну. И как тому же соцработнику пришлось почти нести ее, потому что она едва могла идти, когда спускалась с трибуны после того короткого перекрестного допроса.

Мы слышали, как она сказала: «Простите», проходя мимо стола прокуроров, потому что не смогла заставить себя ответить на ужасно подробные и обвинительные вопросы защиты.

Теперь вопрос в том, вернется ли К. на трибуну, чтобы закончить свой перекрестный допрос. Если она этого не сделает, то Скотт Блэр вполне может остаться на свободе. Рэйчел Кролл для подкаста «Виновен или нет», который переносит вас на скамью присяжных.