Книга Разорванный круг, или Ступени возмездия, страница 71 – Ольга Аверина, Юлия Аверина

— Почему не признал, признал, — буркнул управляющий, продолжая стоять у нас на дорore. Только что это меняет?

— Вы нам просто Катю пригласите, пожалуйста, — вмешалась я, не видя никакого смысла тратить время на объяснения с упрямым управляющим. — Мы с ней сами как-нибудь разберемся.

— Катерина Валерьевна уже отдыхает, я ее беспокоить не стану.

Тихонов еще ниже опустил голову, недовольно поморщился и неожиданно сделал шаг вперед, из-за чего мы с Варькой инстинктивно попятились и отступили ближе к двери. По всему было видно, что Николай Сергеевич настроен решительно, дальше коридора он нас пускать не собирается.

— Понимаете, Николай Сергеевич, — терпеливо принялась объяснять Варвара, — Катерина Валерьевна пригласила нас пожить здесь немного. Вы же знаете, у нее сейчас такое горе, с которым просто невозможно справиться в одиночку.

Тихонов отрицательно покачал головой, видимо, это объяснение его не удовлетворило.

— Не знаю, меня хозяйка ни о чем таком не предупреждала, и вообще Катерина Валерьевна не любит, когда чужие в доме ночуют, — сквозь зубы процедил Николай Сергеевич и стал решительно теснить нас к выходу.

Тут даже наше ангельское терпение лопнуло.

— С какой это стати вы тут распоряжаетесь! Вы что, хозяин дома? Или вас кто-то уполномочил? — Варвара уперлась кулачками в бока и пошла в решительное наступление. — Ваше дело-Катерину Валерьевну позвать, а мы уж тут сами разберемся, что она любит, а что не любит!

— Не хотите беспокоить хозяйку, бога ради, вступила я, — просто позовите Илью. Лично с вами нам разговаривать больше не о чем.

Не двигаясь с места, Николай Сергеевич упрямо мотнул головой.

— Да кто ты вообще такой, — сорвалась на крик Варвара, чтобы держать нас у дверей! Сейчас же освободи дорогу!

— Что за шум, а драки нет? — откуда-то сверху раздался хорошо знакомый басок. Илюша, видимо, услышав нашу перепалку, спускался со второго этажа.

— Это мы, Илюшенька, — отозвалась я. — Нас тут ваш бдительный управляющий на порог не пускает.

— Что же вы, Николай Сергеевич, делаете? — Илья с укоризной посмотрел на управляющего. — Это же мамины подруги, зачем вы их в дверях держите?

Тихонов под взглядом молодого хозяина ничуть не смутился.

— Нечего по ночам шляться, — проворчал он тихо, но так, чтобы слышали мы с Варварой. — Приличные люди в такое время по гостям не ходят, а дома сидят.

Он нехотя освободил дорогу, но, даже спускаясь в подвал, продолжал бурчать под нос что-то нелицеприятное в наш адрес.

— Вы на него не обижайтесь, — обратился к нам Илья извиняющимся тоном. — Николай Сергеевич мужик неплохой, исполнительный, честный и мастер на все руки, но со своими тараканами в голове. Его в Афгане контузило, вот теперь он и страдает периодическими «затмениями».

— Так он военный! — перебила Илью Варвара, — да к тому же контуженный! Что же ты нас сразу не предупредил? Тогда все более-менее понятно, и командные нотки в голосе, и мутный взгляд.

— Как-то к слову не пришлось, и не до этого было, — попытался оправдаться Илюша. — А в основном наш управляющий тихий, мирный. Правда, есть у него еще один пунктик — он женщин на дух не переносит. Мне отец рассказывал, что в Афгане женщина-шахидка взорвала их патруль. Друг Тихонова умер на месте, а сам Николай Сергеевич отделался тяжелой контузией. Вот с тех пор его и переклинило. Слабый пол возненавидел как класс, считает их людьми второго сорта. Даже мама к нему редко обращается напрямую, а старается действовать через отца, вернее старалась, — поправился Илюша, сглотнув подступивший к горлу ком. — А вот папу он уважал и слушался беспрекословно. Видимо, сказывалась многолетняя служба в армии. Там-то субординация строгая.