Онлайн книга «Холодные сумерки»
|
Фактура, как выразился эксперт, действительно была разной. Очень. — Мать твою, – тихо выругался Михаил. Первые пять фотографий, все черно-белые, были, несомненно, красивы, хотя и мрачной, жутковатой красотой. Такие не повесишь в гостиной или спальне. Моток колючей проволоки, в котором когда-то свила гнездо птица. Тень от низких туч, пожирающая сопки. Тонкая рука, по которой стекает нечто черное – Дмитрий не помнил, были ли у убитой шрамы на руках, но надеялся, что на фото чернила. Имитация. Дворовый пес с кошкой в зубах. Глаза у собаки, совершенно пустые, равнодушные, глядели прямо в камеру, безо всякого выражения. Дмитрий видел такие однажды: у профессионального убийцы Гоги Горгидзе, которого взяли три года назад в шалмане при передаче чистого новенького пистолета. Как в этот ряд вписывалась пятая фотография, Дмитрий сначала не понял. Просто костер, разведенный на пустоши, в котором плавилось и горело что-то прямоугольное. И эти конвертики… нет, не конверты. Фотографии. Или листы из блокнота или тетради. Фон был размытым, и сказать, где точно горел костер, было невозможно. Или это вон там край заводской стены?.. — Миша, узнаёшь, где это? Ты прошлым летом туда как на работу выезжал. Не дождавшись ответа, он глянул на капитана. Потом проследил его взгляд и внезапно понял, почему эксперт назвал их извращенцами. Фотографий было чуть больше тридцати штук; Дмитрий смутно помнил: примерно столько и влезало на катушку 35-мм пленки, так что Зоя отщелкала все, не испортив ни одного кадра. Все получились четкими, резкими, с чувством, мать ее, тени. На всех красовались голые женщины в разных позах, иногда с мужчинами. С крайней правой фотографии смотрела сама Зоя – с потухшим взглядом, даже не прикрываясь. — А, так вот откуда эти порнографические снимки берутся… Игорь не договорил, но Дмитрий с Михаилом синхронно повернулись к нему. — Да, товарищ лейтенант? – Голос Михаила прозвучал так сладко, что Игорь сделал шаг назад. — Да ты чего, я ничего, я так… — Знакомо выглядит, Игорек? – Дмитрий кивнул на пленки, не сводя с Игоря взгляда. Тот сглотнул. — А откуда ты знаешь про эти снимки? – продолжил Дмитрий. – Ты же не хочешь сказать, что советский офицер порочит мундир, покупая снимки вот с этой грязью? — Да я… – начал было Игорь. — Капитан! — Слушаю, товарищ майор! — Отведите лейтенанта в… куда-нибудь и объясните, что такое честь офицера и причинно-следственные связи. Потому что вот это, лейтенант, – Дмитрий ткнул пальцем в крайнюю фотографию, – ничем не лучше того, что нашли вчера на пляже. — Так это ж дру… — Молчать. История не имеет сослагательного наклонения, в этом ты прав. Но подумай своей головой, лейтенант. Вот девушка, которая ходит в техникум, а на работу и с работы ездит на автобусе, как бы они ни ходили. А вот другая, которая мотается по заброшкам с бешеными собаками хрен знает где, потому что ей жить не хочется. У которой больше шансов пропасть? Ну? А ты, покупая эту… эту дрянь – даешь на это деньги! Помогаешь этому… Вахе! Поняв, что почти кричит, он отвернулся, старательно глядя в угол, на серый пиджак эксперта. Выдохнул. — Короче, Миша, уведи его с глаз моих и… объясни. И вытряси все, что знает про этого Ваху. А что не знает – узнает завтра. И не так, как с хохотушками. Задача ясна? |