Книга Холодные сумерки, страница 127 – Валерий Шарапов

— Если заниматься всеми, кто не верит милиции, – просветил его Дед, – жизни не хватит. Это в конце семидесятых нас уважали и нам верили, а сейчас уже не очень-то. Ладно, понял. Ты виноват в том, что не умеешь читать мысли и растягивать время. А в остальном отреагировал на сообщение жены этого охотника и предотвратил худшее.

Дмитрий открыл рот, чтобы возразить, и закрыл. Возражать было нечего. Полковник вздохнул и потянул к себе лист бумаги. Быстро набросал несколько строк и протянул Дмитрию.

— Наказание. Исполнять немедленно.

— Слушаюсь! А это…

Он глянул на лист и сначала не понял, что это. Перечитал.

— Какой еще дневной отпуск, товарищ полковник?! Когда? У меня же убийца непойманный бродит!

Вот теперь ватный туман выбило из головы разом, как не бывало.

— Там же письмо было, и свидания эти, – значит, он реагирует, понимаете? А если реагирует, его можно подловить, но для этого надо заниматься!..

— Ты сколько дней на этом деле без перерыва? – перебил Дед, поднимаясь из кресла.

Дмитрий автоматически тоже поднялся.

— Десять, товарищ полковник, но это ниче…

— Выдохни. Выспись, отпусти это все и взгляни свежим взглядом, – посоветовал Дед. – Ты когда зашел, был похож на труп недельной давности. И заговаривался. Я, конечно, мединститутов не оканчивал, но про нагрузку понимаю, про стресс тоже и про перегорание. Иди уже. Кстати. Я ведь просил Ольгу не портить? Что у вас там такое творится? Намедни в лабораторию заходил, так на заводе взрывчатки атмосфера получше бывала. А поскольку Шабалин обычный был и улыбался даже больше обычного, значит, это Ольга излучает. И?

«Намедни? А, вчера. Ну да».

— Ничего, товарищ полковник! Все хорошо. На свидание вот вечером пойдем. Если маньяк не сожрет.

С упоминания лаборатории и улыбок разговор легко было перевести на Шабалина, но Дмитрий так и не знал, стоило ли. Рано, не рано. Надо, не надо. Официальный ход делу давать было рано, а все, что касается начальства, – уже официально. Или нет? Улыбчивый Шабалин. Потому что просто настроение хорошее, потому что прошлое свидание не задалось и Ольга об этом рассказала? Потому, наконец, что убил кого-то недавно и радуется? Нет, вот это точно рано. А что не рано? Да и рано ли.

Дмитрий тряхнул головой, прочищая уши, но гул в них никуда не делся.

Может быть, Дед и прав, что отправлял отдохнуть. Это странное чувство неопределенности Дмитрию не нравилось вовсе, и он понимал, что, если бы увидел себя со стороны, посоветовал бы то же самое. И все же…

— Товарищ полковник, мне бы в Уссурийск съездить, в командировку. Послезавтра, конечно. Как высплюсь согласно приказу.

— В Уссурийск? – удивился Дед. Глянул остро, так, что Дмитрий сразу вспомнил, что у полковника опыта куда больше, чем у него самого. – Не помню ничего про Уссурийск в деле. Да еще такого, чтобы не запрашивать у тамошнего отделения, а ехать.

«Конечно, потому что я это даже у себя пока записывать боюсь».

— Интуиция, товарищ полковник. К тому же сами знаете, что при личном контакте всегда узнаешь больше.

— Ну-ну. Ладно, подпишу. По результатам – полный отчет. Кого видел, что делал…

«Угу».

Уже повернувшись к двери, он помедлил. Вздохнул и повернулся обратно.

— Давид Михайлович, у меня проблема.

Полковник, уже усевшийся за стол, поднял голову.