Книга Холодные сумерки, страница 126 – Валерий Шарапов

— Знаю. И могу обещать, что займусь этим лично, и все так или иначе получат свое – по закону! Да ведь и вы его пока еще не убили – значит, сомневаетесь. А если сомневаетесь, то…

— Даю время подумать и примириться.

— Но это время и для вас.

— Я уже все продумал.

— Подумайте, Савелий Иванович, это ведь не просто побои, вы ломаете сразу несколько жизней. Я соболезную вашей потере, но подумайте, разве Алена одобрила бы, что…

Еще не договорив, Дмитрий понял, что вот она – последняя ошибка. Само имя дочери будило в охотнике чувство вины, а чувство вины требовало мести. Как с бухгалтером. Не уследил – виноват – разберусь. Поздно.

Он резко выпрямился, держа пистолет обеими руками. Успел увидеть, как ствол винтовки поворачивается к Гоше, как тот пытается привстать – и не успевает.

Два выстрела раздались одновременно.

III. Эксгибиционист

Виниться начальству Дмитрий отправился сразу, как только прошла суета. Вернулся в управление, бросил мокрый насквозь пиджак на стул в кабинете и пошел к Деду. Рассказывал долго, вдумчиво, а Дед только хмыкал, смотрел и грыз дужку очков.

— Вот так, – закончил Дмитрий. – Если бы я только потратил больше времени, познакомился ближе, понял, к чему все идет там, на опознании… если бы, наконец, лично поговорил с его женой, узнал, что она думает… Уверен, что все это можно было бы предотвратить, но я не справился, Давид Михайлович, профилонил и готов принять наказание, какое вы сочтете нужным…

Он понимал, что его несет, но остановиться не мог. Чертов туман в голове. К счастью, начальство остановило само. Дед поднял руку, прерывая.

— Давай так, просто убедимся, что я понял все правильно. Результат: два человека в больнице в тяжелом состоянии и еще один – с сотрясением, но его жизни ничего не угрожает. Так?

Дмитрий кивнул. Там, в кафе он какое-то время был уверен, что ни охотник, которому пуля попала в грудь, ни Гоша, которому разворотило плечо, не выживут. Память, впрочем, работала странно. Он никак не мог вспомнить, что делал за тот десяток минут, который понадобился «скорой», чтобы приехать, но четко помнил, что его хвалили за временные перевязки, помнил благодарность девушки, которую он как-то – как? – успокоил. Черная дыра.

— Так, – повторил Дед, кладя очки на стол. – Еще я так понимаю, что если бы тебя не было на месте преступления, то мы имели бы один труп с гарантией, а возможно и три.

— Три вряд ли, потому что охотник этот девушку не тронул бы. Наверное. – Решить, тронул бы Савелий Иванович эту судейскую дочь, тоже было неожиданно трудно. – А вот себя мог бы, это верно. Но если бы я заранее…

— Да погоди ты, – отмахнулся Дед. – До этого еще дойдем. Значит, имели бы пару трупов, а так, глядишь, выживут. А вот теперь дошли до главного. Значит, ты должен был по нескольким фразам незнакомого человека понять, что он намерен делать и когда именно?

В такой формулировке звучало странновато и как-то неправильно. Человек ведь был знакомым. Это Дмитрий и озвучил. Полковник только покачал головой.

— Знакомый – это когда ты его знаешь. Когда с ним работал. Этот Савелий был у тебя в разработке?

— Нет. Но ведь должен был, – возразил Дмитрий. – В этом как раз и…

— А почему должен?

— Ну… – Дмитрий замялся, пытаясь сформулировать неоформленные мысли, замешанные на интуиции. – Видно же было, что с ним что-то не так, а я не задумался. Не заинтересовался. И органам он не верил, и…