Книга Палач приходит ночью, страница 104 – Валерий Шарапов

Ну и Шкурко наивно купилась на легенду о расследовании Безпеки. Она действительно много чего знала. И работы у нас по проверке и реализации информации будет полно.

— Теперь по Бобру, — перешел к главному Крук. — Как вы его оцениваете?

— Верен нашему делу, — оттарабанила Шкурко, характеризуя моего одноклассника. — Смел. Отважен. Умен. Инициативен. Перспективен.

Сыпала такими превосходными терминами, что мы невольно расплылись в улыбке.

— И хорош в любовных утехах, — добавил я.

Она зло зыркнула на меня. Потом кивнула, упершись глазами в пол.

— Только есть одно настораживающее обстоятельство, — продолжил я. — Он тоже был рядом со всеми, кто провалился.

— Он не может быть предателем! — воскликнула Лиза.

— После бойни в Выгодском лесу мы потеряли связь с его отрядом «Корни». Когда он придет к вам, пани Шкурко? — немигающим взором уставился на нее Крук.

Она замялась. Помолчала.

— Лиза, мы не так страшны, как все полагают, — почти ласково заворковал Крук. — Хотя можем быть куда страшнее. К врагам. Если Бобер докажет, что он не враг, ничего ему не угрожает. Но связь с «Корнями» нам нужна. Когда он будет?

— Должен появиться у меня через пару дней.

— Остановится тоже у вас?

Она покраснела и кивнула.

— Ну тогда и мы его подождем у вас. И с вами. Если вы, конечно, не против, — сказал я.

— Я против, — едва слышно произнесла она.

— Вы против Безпеки? — удивился Крук.

— Хорошо. Я согласна… Только не причините ему вреда, — с мольбой в глазах произнесла она.

— У нас власть справедливая. Нет вины — нет вреда, — пообещал Крук.

А я задумался. Похоже, у Оглобли и Лизы настоящая любовь. Еще одна влюбленная парочка на нашу шею. Но это же и хорошо! Любовь — это сильная эмоция. Играя на ней, можно достигнуть многого.

Но сперва дождемся Бобра-Оглоблю…

Ни через два, ни через три дня Оглобля не появился. Боевики Безпеки — так воспринимала Крука и бойков КРГ Лиза — терпеливо ждали в ее съемной крохотной, но с кухней, туалетом и водопроводом квартирке на Маяковского.

— Боюсь даже представить, что вы нас разочаруете, пани Шкурко, — покачал головой Крук. — Вы же знаете, чем закончится ваша ложь.

— При чем тут я?! Он приходит, когда ему надо. А не когда надо мне! — В этих ее словах прорезались горечь и какие-то застарелые обиды.

Он пришел на четвертый день. Обошел дом. Рассмотрел, что знаки, отсутствие которых сигнализирует об опасности, все на месте. Занавеска. Фарфоровая статуэтка на подоконнике.

Разведчики, которые засекли его подход, замерли в тревожном ожидании. Зайдет или не зайдет?

Он постоял. Огляделся. И направился к подъезду. Значит, игра продолжается!

— Лизавета, солнце мое незакатное! — распахнул он объятия, возникнув в прихожей. — Это я!

Кроме Лизы нашлось кому его обнять. Стальные клещи сгребли его, развернули, ткнули мордой в стену, заломили руку. Тут же подскочил другой оперативник и как тисками зажал вторую руку, схватил за волосы, задрал голову вверх, исключая возможную попытку раскусить вшитую в воротник капсулу с цианистым калием.

Яд у него и правда нашли. Но воспользоваться гость им даже не пытался. Лишь шипел и плевался:

— Чекисты! Песья кровь!

Играть так играть.

— Что же вы нас все за НКВД держите, — театрально возник из комнаты Крук. — Экзекутор Безпеки центрального провода Легенда. Есть разговор…