Онлайн книга «След на рельсах»
|
«Герой нашего времени: вернул козу и веру в человечество. На нашей окраине, где жизнь тиха и размеренна, а новости разносятся быстрее ветра, произошло событие, которое навсегда вписало имя лейтенанта Акимова в народную молву. Наш героический участковый ломал голову над раскрытием преступления века, но его ждала задача сложнее: найти пропавшую козу бабушки М. Бабушка М., известная своими пирогами и любовью к животным, была в отчаянии. «Кормилица моя, поилица», – тоненько выводила она, ломая трудовые руки. Вооружившись фонарем, лестницей и невероятным терпением, наш герой отправился на поиски. После долгих минут осмотра двора, сарая и даже ближайшего огорода сержант услышал странное блеяние. Подняв глаза, он увидел козу, которая, словно настоящий царь горы, гордо стояла на крыше сарая, наслаждаясь видом на окрестности. …Наш герой с помощью пары бутербродов сумел уговорить беглянку спуститься вниз. Бабушка М. составила благодарственное письмо начальнику отделения, гениальному товарищу Н. Н. Сорокину, и пообещала напечь героическому лейтенанту Акимову самый большой туесок пирогов в истории». Где-то на середине повествования Наталья отложила свою работу, сплела пальцы, расширила русалочьи глаза – не поймешь, ужасаясь или восхищаясь. Катерина решила принять ее жесты за одобрение и отважилась огласить второе свое произведение. На этот раз про ядовитого Саныча. «Душеспасительный сержант Остапчук. На нашей окраине, где каждый знает каждого, а новости разносятся быстрее, чем запах свежеиспеченного хлеба, произошла история, которая заставила всех заговорить о редком педагогическом таланте сержанта Остапчука, нашего славного ветерана. Получив задание приструнить подпольное производство самогона, он решил, что это не должна быть обычная операция, а надо преподать урок человечности и мудрости! К сожалению, сама самогонщица, товарищ Л., женщина с руками, испачканными мукой, и душой, полной сомнений, воспротивилась: «Сажайте! Мне нужно семью кормить!» Тогда сержант Остапчук понял, что надо действовать по-иному, и занял боевой пост у входа в подъезд самогонщицы. Первым в сети попался рабочий фабрики В. с пустым взглядом. «Жизнь – тлен», – буркнул он. Однако сержант Остапчук сказал: «Да ты, В., как тот самогон – крепкий, но пока неочищенный. Начинай образовываться, займись физкультурой! Самогон не выход, а способ закопать талант! В. ушел и занялся спортивным ориентированием (до сих пор ищем). Пришел дед У., который много лет лечил свои проблемы бутылкой. Сержант Остапчук, глядя ему в глаза, сказал: «Знаешь ли ты, У., что твои внуки мечтают, чтобы ты научил их играть в городки так, как умеешь только ты? А все эти дела портят глаз. Смотри, внуки вырастут, а ты их и не заметишь». Дед У. засопел, почесал затылок и ушел, пообещав «подумать». Наконец, солдатской вдове, тете А., искавшей утешения в рюмке, сержант Остапчук, играя мужественными желваками, сказал так: «Жизнь – как самогонный аппарат. Иногда горько, иногда крепко, но всегда есть шанс перегнать все в радость. Ты еще найдешь свое счастье, вот увидишь!» Тетя А. расплакалась, улыбаясь сквозь слезы…» Тут Наталья не выдержала: — Катюша, тебя закопают заживо! — Наташа, никто и не заметит, – возразила Катерина. – Кто будет читать эти глупости на доске, а мне хоть какая-то отдушина. |