Книга След на мокром асфальте, страница 15 – Валерий Шарапов

— Я опасаюсь доверять ей машину, – заявил Тихонов, – и в этом вопросе я тверд…

— Да все куда проще! – прервала супруга Мурочка. – Я просто не вписалась в парковочное место, немного, совсем немного повредила машину – так и получился этот пошлый, мещанский скандал.

— Что ж, все доступно, – подтвердил капитан. – Теперь, гражданка Тихонова… простите, ваше имя и отчество?

— Мария Антоновна.

— Очень хорошо, Мария Антоновна, теперь прошу вас изложить вашу версию произошедшего в тот день… тринадцатое, верно?

— Совершенно верно. Что ж, извольте. После того как Евгений Петрович в очередной раз продемонстрировал свою непрошеную заботу… тихо, – это было сказано супругу, который открыл было рот, – я решила, что и с покупками он и без меня справится.

— Он обычно их и делал, верно?

— В отсутствие домработницы… Так он же вам сказал – ему нравится! Мы далеки от предрассудков.

— Понимаю, понимаю. Продолжайте, пожалуйста.

— Я отправилась по рядам, – она несколько застопорилась, но довольно быстро нашлась, – хотела посмотреть кое-какие вещи для дачи. Знаете, оживить интерьер.

— А что с ним не так? С интерьером?

— Дача казенная, в целом все в порядке, но больно смахивает на казарму. Хотелось, знаете, текстиля, кое-что из фарфора…

«Подушки-шторы совершенно спокойно могла бы сама пошить. Хотя где тебе», – подумал капитан, поглядывая на ее ручки, красивые, холеные, с ямочками, полированными ногтями. Спросил, изображая интерес:

— И что же, нашли?

При упоминании о тогдашней своей находке Мурочка заметно воодушевилась:

— Да, вы знаете, такой замечательный торшерчик, в виде кариатиды с двумя факелами, как раз для кабинета… – тут она спохватилась, оборвала саму себя: – Впрочем, вы ведь не об этом, верно? Я слезно просила продающую подождать, потому что тут еще одна желающая заинтересовалась. В общем, деньги были у мужа, я и побежала его искать.

— Понимаю. Сколько времени прошло с тех пор, как вы расстались?

— Около часа.

— Немало. У вас сильный характер.

Тихонова не заметила издевки:

— Не жалуюсь.

— Итак, вы вышли с рынка. Одна?

— Разумеется!

— И увидели, что машины нет.

— Да, ни мужа, ни машины… Я решила, что он меня не дождался и уехал один.

— По каким причинам вы так решили?

— Потому что и у Евгения Петровича сильный характер.

Сорокин глянул на нее – а вот теперь ни тени насмешки. Или же все-таки так хорошо притворяется?

— Должно быть, обидно было?

Она промолчала.

— И как вы поступили, увидев, что вас оставили одну, без денег на столь полюбившуюся вам покупку?

Тихонова поджала губы, прищурила зеленые глаза – острые, как у хищной кошки, – задрала нос, но процедила вполне вежливо:

— Я просто решила отправиться немного проветриться.

— Куда, позвольте узнать?

Она вспыхнула:

— Это что значит? Даже мой супруг не позволяет себе такие вопросы!

— И сие ваше семейное дело, – заметил Сорокин, – это я не затрагиваю. Я задаю вам вопрос как свидетелю.

— Свидетелю чего? – немедленно перебила она. – Что случилось-то? Заявления-то никакого нет!

Так. Дискуссия зашла в тупик. Капитан демонстративно повернулся к мужской части этого поистине комического дуэта:

— Вот как раз и этот вопрос я хотел обсудить с вами, товарищ полковник. Поскольку вы значитесь собственником этого средства передвижения.