Книга Ночь трех смертей, страница 30 – Валерий Шарапов

Паршин как раз дочитывал дело, когда в кабинет вернулся начальник колонии.

— Увлекательное чтиво, верно? – заглянув через плечо капитана, произнес он и, переходя на «ты», предложил: – Хочешь, расскажу, как его взяли?

— Я бы послушал, – согласился Паршин.

— Трупы обнаружили спустя двое суток, когда из города пожаловали сестра убитой сожительницы с мужем. Задержавшись у других родственников, они смогли приехать лишь второго января, и это спасло им жизнь. – Майор Веденеев был мрачен, говорил сквозь зубы. – Вычислить убийцу труда не составило, а вот задержать удалось только через два месяца. Все это время Завьялов умело скрывался в лесу, и если бы не случайность, неизвестно, когда милиция вышла бы на него. А получилось так: в одной деревне мужичок пришел в милицию с заявлением о краже валенок. Мужичок утверждал, что новенькие валенки лежали в сарае буквально час назад, а теперь их и след простыл. На беду Завьялова, дежурным по отделению в тот день был капитан Дроздов, мужик бывалый, с невероятной интуицией. Он мигом вызвал наряд и бросился к дому заявителя. По горячим следам они дошли до охотничьего домика, где и обнаружили Завьялова, вдрызг пьяного и в новеньких валенках.

— Сколько ему дали? – спросил Паршин.

— Пятнашку, – ответил Веденеев. – И это он еще легко отделался. Адвокат расстарался, напирая на душевное состояние клиента, в которое тот впал, когда увидел измену сожительницы. Впрочем, так оно все и было. Здесь он ведет себя более-менее нормально, но кличка Ледоруб к нему приклеилась намертво.

— Адекватно – это как? – Паршин закрыл папку, переключив внимание на начальника колонии.

— Режим соблюдает, работу в швейном цехе по пошиву рабочей одежды выполняет добросовестно. С охраной не бодается, в стычках с другими заключенными особо не замечен. Одним словом, хлопот нам до недавнего времени не доставлял.

— И вы думаете, устраивать побег ему было незачем, – подытожил Паршин.

— По крайней мере, внешне он никаких признаков не проявлял, – подтвердил майор. – Хотя был один случай.

— Рассказывайте, – поторопил Паршин.

— Даже не знаю, стоит ли. Это в самом начале было, когда Ледоруб еще только привыкал к новому образу жизни, – начал Веденеев. – Поначалу им всем несладко приходится. Новые люди, новые правила, а главное – осознание, что ты никак не можешь повлиять на ситуацию. Остается только смириться и отсчитывать день за днем до окончания срока, да еще надеяться, что кукушка не съедет.

— Вы как будто им сочувствуете, – удивленно произнес Паршин.

— Кому и сочувствую, – без тени смущения ответил майор. – Тут ведь не только отпетые уголовники, здесь ведь и те, кто на самом деле оступился: в пьяном угаре или по неосторожности, а кто и по глупости преступление совершил, а когда понял, что натворил, было уже поздно. В блоке «А» все из «нежданчиков» – те, кто ненамеренно лишили жизни человека. Только представь, капитан: живешь ты живешь, всем доволен, всему рад, всего у тебя в достатке, и вот как-то вечерком идешь на юбилей коллеги в хороший ресторан, выпиваешь там дорогой коньяк, закусываешь икорочкой, а потом к твоей жене какой-то бугай приставать начинает. И ты понимаешь, что добра от него не жди, хватаешь, что первое под руку попадется, а попадается тебе бутылка из-под коньяка. И ты бьешь этой бутылкой бугая по голове, но попадаешь не в лоб, а в висок. Бугай валится на пол… и все, ты – убийца.