Книга Не время умирать, страница 45 – Валерий Шарапов

— Какой?

— Я сам футляр экспертам сдам.

— А я?

— Ты поезжай в колонию, только чтобы всю дорогу был на виду…

Введенский к чему-то пробормотал:

— Сговорились они, что ли? Сходил Миша в отпуск, вот спасибо… Хорошо, а смысл?

— Потянем время, – твердо продолжал Акимов, с каждым словом понимая, что прав, – дело это нескорое, пока снимут пальчики – а их много, пока обработают, разберутся со всеми, пробьют по картотеке – все и прояснится. Может, и выйдем на настоящего убийцу. Ты только дело запутаешь.

— То есть, по-твоему, выходит, что я всем мешаю, – то ли в шутку, то ли всерьез уточнил Введенский. – Лишь моя персона мешает выловить настоящего душегуба.

— Я с тобой по-человечески, а ты заедаешься. Сам рассуди, без сердца – разве так не лучше? И к Катерине никаких вопросов.

— Теперь типа ты собой жертвуешь, – ерничая, заметил Введенский. – Что, цену себе набиваешь? Больно ты о ней печешься, лейтенант. Или все-таки правду болтают про вас?

— Женат я, – вздохнул Акимов, – и давно. И хорошо. Ну сам посуди.

Он достал бумажник, раскрыл, точно удостоверение. Введенский, без интереса рассматривая фото красивой брюнетки, большеглазой, скуластой, в целом одобрил:

— Хороша. Только видно, что командирша, и взгляд, как у судьи.

«Ишь, глаз – алмаз», – невольно восхитился Сергей, по-черному завидуя, что сам таким зрением не обладал.

— И кто эта королева?

— Жена моя.

— Сочувствую, – хмыкнул Михаил. – И к чему эта демонстрация?

— К тому, что сам рассуди – Катерина и…

Мысль он не закончил: Введенский быстро, без размаха и, пожалуй, со стороны незаметно, но очень сильно двинул его в челюсть. С наслаждением двинул. Если бы вагон не подскочил на стрелке, одного зуба как минимум Акимов недосчитался бы. Второй удар предотвратил громкий приказ:

— Введенский! Атанде!^[12]

Немногочисленные пассажиры, проснувшись, завертели головами, но смотреть уже было не на что. Катерина Сергеевна, толкнув мужа в грудь, умудрилась его оттеснить. Пока Сергей ставил на место голову и мозги в ней, Катерина наседала, как болонка на медведя, шипела и плевалась ядовитой слюной:

— Драка в общественном месте! Обалдел?! Ты бессмертный?!

Михаил, немедленно успокоившись, сложив руки и приняв самый невинный вид, коварно сообщил:

— Он тебя уродиной назвал. Мне что, это слушать?

Однако Катерина, в который раз оправдав свою репутацию умнейшей женщины, на Акимова лишь многообещающе покосилась, а от мужа не отстала:

— Зачем скрипку стащил, изверг?! Обо всем ведь договорились! Ты что задумал?!

Сергей, решив, что пришел час его мести, промокая кровь платком, заметил мимоходом:

— А он, Катя, задумал сдаться вместе с футляром.

— Зачем?!

— Чтобы его задержали как убийцу.

— Что?! Я же тебе все объяснила, я же тебе…

Акимов подло и не без удовольствия подлил масла в огонь:

— Зря ты так, Катерина. Он ведь чтобы тебя из органов не поперли.

— Врет! – беспомощно заявил Введенский.

— Молчать! – отрезала Сергеевна. – Я не дура.

— Вот как, – сказал Акимов, покраснел и замолчал.

Катерина, свирепо сопя, уселась на скамейку.

— Без меня меня спасают. Сотни спасателей, ни одного утопающего! Я не нуждаюсь! – Решительно притянула к себе футляр. – Не сметь вещдок трогать! А вы, товарищ лейтенант, по каким делам на Петровку? Может, тоже сдаваться?