Книга Мелодия убийства, страница 66 – Валерий Шарапов

— Да какое там, герой? Я ведь…

— Щукин в порядке? – перебил Зверев.

— Прооперировали, говорят, что жить будет. – Никита сделал несколько затяжек и выбросил папиросу. Руки парня все еще дрожали.

— Ладно, дружок, не нервничай, – продолжал Зверев. – В вас что же, стреляли?

— Два пулевых: одно в область живота, другое в голову по касательной.

— Это хорошо, а теперь скажи, ты узнал нападавшего?

Брови парня взлетели.

— Нет.

— То есть он тебе не знаком?

— Да в том-то и дело, что не видел я его!

Зверев сдвинул брови.

— Так! Давай все еще раз, четко и по порядку, – уже жестче потребовал Зверев.

— Ночью это случилось…

Дом Глеба Щукина, накануне ночью…

Щукин, накормив гостя ужином, довольно рано лег в постель и почти сразу же захрапел. Елизаров же устроился на полатях за печкой, не раздеваясь, и долго ворочался, прежде чем сон его все-таки сморил.

Разбудил парня собачий лай. Никита соскочил со своего ложа, проверил пистолет и подошел к окну. Распахнув ставни, он высунулся в окно. Теперь Пират метался вокруг будки и негромко рычал. В одном из соседних дворов тоже залаяла собака, но вскоре все стихло. Никита закрыл окно, посмотрел на сопящего под одеялом Щукина, тот больше не храпел, а лишь мирно посапывал. Никита снова забрался на полати, однако спустя несколько минут снова встал и на этот раз двинулся к двери. Накинув куртку, он сунул ноги в стоявшие на половичке у выхода галоши и вышел на крыльцо. Пират больше не лаял, а что-то грыз. Никита снова вошел в дом. Как только он запер дверь на щеколду, с улицы раздался собачий визг. Никита снова выбежал на крыльцо, Пират к тому времени нырнул в свою будку. Никита подошел и, не подходя близко к будке, присел на корточки:

— Что с тобой, лохматый? Чего людям спать не даешь?

Пират звякнул цепью и вдруг жалобно заскулил и почти тут же громко завыл.

— Что там такое? – Из дома вышел заспанный Щукин в одном исподним и в тапках.

— Воет… может, пчела укусила? – Никита встал.

— Какие пчелы зимой? – Щукин подошел к будке и заглянул внутрь. – Вот черт, да у него кровавая пена изо рта… Пират, Пиратик… Похоже, отравился…

— Или отравили. – Никита вынул пистолет и дослал патрон в патронник.

В этот момент прогремели два выстрела, Щукин упал. Никита тоже выстрелил наугад, туда, где перед этим увидел две вспышки. Послышался топот, Никита понял, что тот, кто стрелял в Щукина, убегает. Преследовать нападавшего он не стал, а потащил раненого к дому.

* * *

— Вот так все и случилось, товарищ майор, – закончил свой недолгий рассказ Елизаров.

— Получается, что тот, кто хотел убить Щукина, сначала отравил собаку, а потом открыл стрельбу, – уточнил Зверев.

Никита виновато потупился.

— Получается так.

— А ты наудачу стрелял, но попал?

— Выходит, что так. Когда я Щукина в дом затащил, перевязал его, как смог, а к тому времени уже кто-то милицию вызвал. Потом скорая приехала, Щукина увезли. Ну а участковый мне после этого сказал, что стрелка того я убил. Он метров сто пробежал и свалился. А потом его в морг увезли.

— Все ясно, будем считать, что с задачей своей ты справился. – Зверев хлопнул парня по плечу, тот вдруг оживился.

— Ах, вот еще что… – Никита вынул из нагрудного кармана распечатанный конверт и вручил его Звереву.

— Что это?

— Письмо! Вчера после того, как вы уехали, пришел почтальон и вручил это письмо. Когда Щукин его прочел, то весь напрягся. Я спросил, мол, что случилось, но он только отмахнулся. «Потом, – говорит. – Мне нужно подумать», – и ушел в другую комнату. А после того, как его подстрелили, велел мне отдать письмо вам, сказал, что, возможно, это и есть ответ на главный вопрос.