Онлайн книга «Чекистский невод»
|
— Вы чего такой радостный, Михаил Андреевич? – недоумевал Матвей. – Товарища подстрелили, а вы… — Дурак ты, Матвей. Я был уверен, что Николая убили. Аж от сердца отлегло. Плотный огонь, почти в упор, да от сидящих сзади места живого не должно было остаться. А у Николая только плечо. В рубашке родился этот парень… — Да какая на хрен рубашка… – простонал капитан. – Я ему на хрен не нужен был. Он видел, что Гущин справа, его и старался нашпиговать… Да ладно, мужики, не умру, но вы там отомстите за меня… — Матвей, наложи жгут, – приказал Кольцов. – Умеешь это делать? Да быстрее. Надо рану перевязать – хоть как-то. В багажнике аптечка, сейчас принесу… Он помчался в обход машины, выхватил аптечку, сунул Ивашову, снова обогнул автомобиль, распахнул дверцу. Все было ясно. Дмитрия буквально изрешетили пулями, не оставив целого места. Выходные отверстия зияли в голове, от лица ничего не осталось. Повсюду – кровь. «Почему так происходит? – мелькнула мысль. – Что мы упускаем? Почему преступники на шаг впереди и даже малейшим успехом не дают воспользоваться? Какого хрена мы тут угрохали весь день, пожертвовали вертолетом, погиб боец, получили ранения его товарищи, неоднократно рисковали жизнью – и ради чего? Чтобы любоваться охладевающим трупом?» Площадная матерщина просто лезла из горла. Какая уж тут холодная голова и трезвый разум! Он втиснулся на переднее пассажирское сиденье, активировал систему «Алтай», подключенную к автомобильному аккумулятору. Слава богу, телефон не пострадал, все пули прошли выше! Дежурный по отделению отозвался сразу. «”Скорую помощь” на тридцатый километр! Немедленно! Ранен сотрудник! Поднять в ружье все силы, перекрыть дороги, прочесать весь квадрат! Несколько человек – в гостиницу “Аквамарин”, временно никого не выпускать, особенно гражданку Гущину!» Он прекрасно понимал, что все эти меры запоздали, но был вынужден действовать по инструкции. А гражданка Гущина могла оказаться тем самым автоматчиком… Косых проваливался в «дремоту». Его теребили, приказывали не спать. Совместными усилиями разрезали одежду, обработали спиртом рану, туго замотали. Кровотечение худо-бедно остановили. Николай пришел в себя и первым делом начал браниться. Что за Чикаго?! Почему не предусмотрели?! Через месяц отпуск, как он поедет с простреленной рукой?! Раненого погрузили в подъехавшую машину, Кольцов успокаивал товарища: все будет хорошо, до свадьбы заживет (какая там у него намечается – оловянная?). И в отпуск свой успеет – хотя зачем ему ехать в отпуск, если он и так в Крыму? Разборки в Балаклаве были тягостные и откровенно бесили. Полковник Науменко метал громы и молнии и уже не испытывал былого пиетета к московским товарищам. Все чаще возникал злополучный вопрос: почему не предусмотрели? Каким, интересно, образом это можно было предусмотреть?! Фразы «Вас бы туда» или «Кто не работает, тот не ошибается» вызывали только ярость. Все были на нервах, и в первую очередь сам Кольцов. Прочесывание местности ничего не дало, кроме дополнительной неразберихи, связанной с перекрытием дорог. Николая прооперировали – извлекли пулю, зашили. В ближайшие недели он вряд ли мог продолжить работу. «Выкручивайтесь сами, товарищ майор, – сварливо заявил Науменко. – Вы слишком расточительно расходуете личный состав. Больше людей у меня нет». |