Онлайн книга «Чекистский невод»
|
На территории объекта, недалеко от вертолетной площадки, ждали медики. Солдат и майора Журавлева повезли в санчасть. Прибыл подполковник Бердыш, хмуро уставился на обезвреженного нарушителя. Гущин уже не возникал, выглядел подавленным. Пришлось задержаться, что-то подписывать. Местная служба безопасности хотела бы видеть нарушителя у себя в подвале, но связываться с центральными структурами Комитета никто не хотел. Развязывать нарушителя не спешили, напротив – посадив в машину на заднее сиденье, дополнительно связали ноги в лодыжках. Всякое случалось в практике. Косых устроился рядом с задержанным, Матвея посадили за руль. Кольцов сидел на переднем пассажирском сиденье, держа пистолет на коленях. «Жигули» бежали по проселку, удаляясь от объекта. Мелькали унылые предгорные пейзажи. Продребезжал под колесами мостик через символическую речушку. Время неумолимо шло. Большая часть дня уже миновала – не успели оглянуться. Мутное солнце висело где-то справа, погружая природу в предвечернюю муть. Старший лейтенант что-то насвистывал, крутя баранку. Проносились густые заросли – один из 113 видов кустарников, произрастающих в Крыму. Жизни не хватит выучить их все наизусть. В отделении дорогих гостей уже ждали – новость разлетелась по проводам и эфирам. Кольцов обернулся, встретился со строгим взглядом Николая. Задержанный молчал как партизан, презрительно смотрел заплывшим глазом. Видимо, собирался молчать и дальше, но это не имело значения – подобные персонажи молчат недолго. Либо сами осознают весь ужас своего положения и начинают петь соловьем, чтобы выбить хоть поблажку; либо органы им помогают, имея кое-что в арсенале. — Не надумал, Дмитрий? – миролюбиво спросил Кольцов. – Ответь на несколько вопросов прямо сейчас – и тюремный быт уже не будет казаться адом. Кто твои сообщники и где их найти? Кого вы завербовали на Объекте‑220? С кем связывались в последнее время, помимо Знаменской и Озинского? Ты пойми, Дмитрий, пусть ты даже гражданин другого государства – это не спасет. Не помогут ни консулы, ни послы заморских держав. Версия «Дело шьют проклятые большевики» уже не канает. Вы нарушили границу, совершили ряд тяжких преступлений на территории СССР – и это даже не требует особого доказательства. Говорить ты будешь в любом случае. Но добровольно или нет – выбирай сам… Кира в гостинице? — Не знаю… – выдержав для порядка паузу, прошептал Гущин. – Я ей не сторож. — Думаю, знаешь, – хмыкнул Кольцов. – Но ладно, допустим. Кто третий? Где его искать? Гущин молчал, он еще не был готов к таким жертвам. Физиономия преступника выражала немыслимые страдания. Он что-то взвешивал в уме, выискивал «за» и «против». Сотрудники молчали. Только Ивашов презрительно фыркал, вписываясь в поворот. Остановились на контрольном посту. На нем уже знали о произошедшем, просмотрели документы, мазнули брезгливыми взглядами по избитому преступнику. Снова потянулись кусты, овраги, заросшие травой балки. Через открытое окно ощущался йодистый запах – до моря оставалось недолго. — Ты же русский? – спросил Кольцов. – И Кира, твоя жена, или кто она там тебе, меньше всего похожа на иностранку. Но работаете на западную разведку, причем профессионально. Прокомментируешь? Не стесняйся, Дмитрий, все равно придется говорить. Разрешаю опустить ту часть, где ты беззаветно ненавидишь советский строй, а душой и телом предан свободному миру. Так что?.. |