Книга Стажер нелегальной разведки, страница 98 – Валерий Шарапов

— В каком отделе?

— Не знаю.

— Твое место работы?

Женщина начинала понемногу приходить в себя. Значит, могла начать выкручиваться и врать.

— Учительница в школе.

— Номер школы? – Она тоже могла оказаться носителем секретов.

— 1142.

— Какой предмет преподаешь?

— Географию, – женщина отвечала без задержки.

Вполне возможно, это была правда. Значит, интерес для ЦРУ представлял только ее муж. Жаль, переносного детектора лжи еще не изобрели.

В дверях показался Шмель. Он держался за бок. Из-под пальцев капала кровь. Значит, охранник успел достать пистолет, но выстрелить прицельно не сумел – только задел Шмеля.

— Ты как? – начал было Фауст, но напарник его перебил:

— Занимайся делом. – Из-за спины он достал заткнутый за пояс добытый в бою пистолет и протянул Павлу: – Я сам перевяжусь. Она поможет.

Он кивнул на лежащего в дверях мужчину.

Фауст схватил начавшего приходить в себя перебежчика за руку и волоком вытащил в коридор, к дивану с декоративными подушками. Не надо, чтобы родственники видели сцену допроса. Он изучал, как надо допрашивать врага, захваченного на поле боя. Это называлось «экстренное потрошение». У человека много мест, воздействие на которые вызывает нестерпимую боль.

Но на этот раз противник Павлу достался крепкий, видимо, он понимал, чем закончится их встреча. Он только ругался и шипел от боли.

Время вышло. Надо было принимать решение. А решение было только одно. Фауст перевернул предателя на живот, плотно прижал к голове мужчины диванную подушку, вдавил в нее ствол пистолета и дважды нажал на курок. Два глухих хлопка, и тело под ним резко дернулось.

Когда он вернулся в комнату, Шмель был уже перевязан. Выпотрошив портфель, больше вещей у них не было, оперативник нашел с десяток гибких дисков, наверняка с ценной информацией. Павел нанизал их, как шашлык, на антенну телевизора и поджег. Диски ярко вспыхнули и моментально оплавились.

— Все. Уходим.

Китель Шмеля был в крови, поэтому Фауст схватил китель перебежчика, быстро охлопал его. Во внутреннем кармане оказалась красная книжечка с золотым тиснением «КГБ». Внутри фото. «Шашкин Иван Викторович. Восьмое управление КГБ СССР», – прочитал Павел, и внутри у него все похолодело. Это самое засекреченное подразделение. Шифрование, связь с резидентурами. Он автоматически сунул удостоверение себе в карман, помог Тарасу влезть в новый китель.

Теперь женщина и ребенок. Свидетели. Он взглянул на Тараса, тот отвел глаза в сторону.

— Значит так. Жить хочешь? Жить спокойно, не озираясь?

Женщина затравленно кивнула. Было видно, как она напугана.

— Скоро сюда придет полиция. Расскажешь им все как было. Ничего не сочиняй. Только про нас не очень подробно. Понятно?

Она снова кивнула.

— Вас с дочкой отвезут в Штаты. Там выдадут новые документы и где-то поселят. Никому вы не нужны. В музыкальную школу ходила?

— Ходила.

— По какому инструменту?

— Пианино.

— Какой фирмы у вас было пианино?

— «Ноктюрн», – недоумение женщины нарастало.

— Значит, через три месяца в местной газете дашь объявление о покупке пианино фирмы «Ноктюрн» и свой телефон. С тобой свяжется наш человек. Он передаст привет от Фауста. Расскажешь ему все. Только тогда к вам от нас претензий не будет. Ясно?

— Теперь да.

Тарас держался молодцом и почти не шатался. Они быстро прошли мимо охранника. В зале их встретил Руслан.