Онлайн книга «Секретная часть»
|
На месте не сиделось: он блуждал из кухни в ванную, из прихожей в комнату. Включил телевизор, терпеливо дождался, пока пропадут полосы. Снова вечер с Леонидом Ильичом? Угадал, выдающийся политический деятель современности невнятно вещал с трибуны. Принятие «Продовольственной программы» было в самом разгаре, назревали эпохальные события. Замерли в тревожном ожидании советские граждане. Мелькнула мысль: где будем хлеб покупать, если в США коммунизм построят? Несколько минут Михаил честно пытался вникнуть в происходящее. Брежнева было жаль – в принципе не старый, и не такие древности заседали в Политбюро. Что с ним случилось? Долго будут мучить неплохого, в сущности, человека? Он же не понимает, о чем говорит! Помнит хоть, что является лидером международного коммунистического движения? А еще большим писателем: закопать на целине, присыпать малой землей, чтобы не было возрождения… Каким-то злым он становился. Собственные мысли порой пугали. Прикрыл глаза, стал успокаиваться. Потянулся к ящику, переключил программу. Потрясающе! На втором канале начинался мультик про Малыша и Карлсона – одно из любимых зрелищ советских детей и их родителей. Михаил устроился в кресле и посмотрел с удовольствием. А также продолжение – «Карлсон вернулся». Помимо эстетического удовольствия – масса полезных знаний: как грамотно прятаться, вести конспирацию, опять же использование малых летательных аппаратов… Ночью ворочался, долго не мог уснуть. Сотрудники наверху топали, как слоны, – чем они там занимались? За стенкой плакал ребенок – жалобно, надрывно. Сон наступал и тут же откатывался, воспоминания сменялись видениями… Глава девятая Солнце выглянуло из-за леса, ударило ярким светом. Михаил поморщился, опустил козырек, висящий над лобовым стеклом. Завозился Игнатов, сидевший рядом на пассажирском сиденье, вынул пачку «Севера», стал разминать папиросу. — Ты эстет, Виктор Петрович, – хмыкнул Михаил. – Зарплаты не хватает на приличное курево? — Это и есть приличное курево, – проворчал спутник. – А зарплаты хватает только на то, чтобы всю отдать жене. А она уж решает, сколько мне на курево, сколько – ей на шубу… — Зимой в шубах ходите? – удивился Кольцов. – Я наивно считал, что здесь мягкий климат, и зимой может понадобиться только куртка. — Может, и так, – пожал плечами Игнатов. – Куртка так куртка. Только жена мне горло перегрызет за эту куртку. В Полесье повышенная влажность. Температура нормальная, ниже минус десяти зимой не бывает. Но ниже и не надо. При минус двух солдатам на посты выдают тулупы – из плотной овчины, до пят. И то подпрыгивают, мерзнут, ждут конца смены, а потом в караулке отогреваются. Ездил я по молодости в Якутию, так там минус пятьдесят легче перенести, чем здесь минус пять. Может, утрирую, но близко к истине. Зимой просто гибель, хотя бывает, что снега нет и в декабре. Приезжай зимой, погостишь, с женой познакомлю. — Нет уж, лучше вы к нам. – Михаил поежился. — А скоро комары пойдут, мухи, прочая гнусь, – развивал тему Игнатов. – Пока ничего, так – отдельные проявления. Болота лишь недавно ожили, куколки еще формируются. Начнут нас кушать со дня на день – белугой взвоешь и о зиме размечтаешься. Хозяйки запасы ванили еще зимой делают – нормальную дэту в магазине не купишь, вонючая больно, и толку от нее нет. Вот и приходят на выручку народные средства. Так что смотри, Михаил Андреевич, не затягивай со своим расследованием, а то хлебнете наших природных прелестей. |