Книга Девятый круг, страница 59 – Валерий Шарапов

— Со Штейнбергом надо что-то делать, – вступил в беседу Москвин. – Ведь все понятно. Это он убил Романчука. Это он привел вас в тот проклятый дом, где… мы вас чуть не потеряли. Он полностью осведомлен, держит в руках все нити. Расколоть негодяя – и дело закроем.

— Необязательно, – возразил Кольцов. – В смысле, расколем. С чего ему колоться? Романчука прикончил не он, просто мимо проходил. Вчерашний случай вообще недоказуем. Гулял перед сном, забежал в какой-то дом, потому что терпеть уже не мог. А по голове кого-то треснули – его вообще там не было. Не прокатит, Вадим. Самое противное, что это гражданин другого государства, владеющий иммунитетом. Посмеется нам в лицо, а мы утремся. Появится на Штейнберга что-то убедительное, тогда и будем решать.

— Сегодня состоялись похороны Запольского, – напомнил Некрасов. – Все прошло на уровне: цветы, люди, комфортная могилка в престижной части кладбища. Богомолов держал проникновенную речь. Из фигурантов присутствовали все, кроме Голубевой.

— А это что за протест? – не понял Кольцов.

— Должен же кто-то работать, – пожал плечами Некрасов. – Лилия Михайловна весь день находилась в отделе, занималась проектом. Остальные, за исключением Богомолова, в институт не вернулись. Похоронная церемония, потом поминки в кафе «Буревестник». У нас теперь свой агент в логове неприятеля, – улыбнулся капитан, – Вениамин Староселов. Гражданин нанес визит… пока вы, Михаил Андреевич, отходили после вчерашнего, поговорили по душам, и Венечка согласился оказывать нам содействие, что полностью укладывается в его интересы. Теперь вам не надо присутствовать в институте, чтобы знать, что там происходит.

— Понятно, – улыбнулся Михаил. – Что еще собрали по фигурантам?

— Немного, но есть, – вступил Алексей Швец. – У Погодиной в прошлом – семейная драма. Отец ребенка бросил семью, когда сыну исполнилось четыре года. Утрату переживала очень болезненно, уволилась с предыдущей работы, начала пить. В какой-то момент решила покончить с собой, но тут появилась мать в качестве ангела-хранителя и вытащила дочь из петли. Несколько месяцев лежала в психиатрическом отделении Барабинской районной больницы, как я понимаю, чтобы не знали в городе. Вроде вылечили, что бывает нечасто, вернулась в общество, сейчас неотличима от прочих граждан. Как работница – весьма ценная, на хорошем счету у начальства. О ее сомнительном прошлом знают немногие, в частности, первый отдел не в курсе. Мы не стали их пока информировать.

— Пока не надо, – согласился Кольцов. – Сломать человеку жизнь и вновь довести до петли никогда не поздно.

— У Мышковец Галины Сергеевны, – продолжал Швец, – есть дочь и внучка, проживают в этом же городе. С дочерью отношения нормальные, страстно любит и балует внучку. У дочери также в прошлом семейные ужасы – отсюда отсутствие мужа, но глубоко мы не копали. А также – сюрприз, товарищ майор – у Галины Сергеевны есть сын от первого брака, возраст – 27 лет, который в данный момент проживает с отцом в Венгрии. Так сложилось: бывший муж родом из Закарпатья, где исторически проживают этнические венгры. В общем, долгая история с не криминальным сюжетом. Венгрия – братская страна, участник Варшавского договора, но, тем не менее, факт интересный…

— И как вы все узнаете? – уважительно пробормотал Кольцов.