Онлайн книга «Девятый круг»
|
— Да, труба, – вспомнил Демаков. – Элемент разветвленной поливочной структуры. Она проложена через лог, идти там нужно прямо по ней, по-другому никак. Поливочную воду не дают, паразиты, – Демаков сокрушенно вздохнул. – В трубе свищ, а заварить некому. Сварщик уволился, нового еще не нашли. Виктория Павловна решила посмотреть: может, заварили? И на тропе столкнулась с незнакомцем, который шел со стороны реки. Он был закутан в плащ, на голове капюшон – но они столкнулись практически лоб в лоб, и Виктория Павловна рассмотрела его лицо. Наш клиент, Михаил Андреевич. Обычно люди здесь не ходят – проще и быстрее обогнуть эту «полосу спецназа»… — Может, Виктории Павловне дадим слово? – предположил Михаил. — Давайте, – согласился Демаков. – Вступительная часть завершена. — Но я уже рассказала все, что запомнила… – женщина волновалась. Видимо, аббревиатуру из трех букв Демаков все же произнес. – Хорошо запомнила его лицо, но не знаю, как описать… Он так посмотрел на меня, словно убить хочет… Такой колючий взгляд… На тропе практически не разойтись. Я на трубу встала, он мимо пролез. Потом обернулась, а он уже далеко. Легче стало на душе. Может, у человека случилось что… — Опишите его подробно. — Ну, не знаю… Ему лет сорок, примерно вашего роста, тонкие усики под носом, глаза такие маленькие, неприятные… И что-то странное в лице, не могу объяснить… — А вы попробуйте. — Нет, не могу, извините. Вроде, такое же лицо, как у всех, но что-то с ним не так… Это не дефект, не какая-то индивидуальная особенность… — Вы прямо интригуете, Виктория Павловна. — И еще, – вспомнила женщина, – он был в перчатках. В тонких кожаных перчатках. Я еще удивилась, вроде, тепло, перчатки давно никто не носит… — Сможете его опознать? — Конечно. Если увижу, сразу опознаю… — А если поработаете с художником? Будете описывать ему все, что вспомните, а он с ваших слов составит портрет человека. Технология называется «составление фоторобота преступника». — Понимаю, что вы имеете в виду. В одном фильме я это видела… Вряд ли смогу вам помочь. Зрительная память хорошая: если увидела, то уже не забуду, но вот описать по памяти лицо… Да и дел много на даче. Скоро семью кормить обедом. Муж уже волнуется: пришел милиционер, похитил жену… Нет, не смогу вам помочь. — А так сможете? – Михаил показал удостоверение. Не любил он этого, последнее дело – использовать власть. Но часто приходилось, как без этого? Люди реагировали по-разному: кто-то пугался, другие погружались в прострацию, но нужный эффект всегда достигался. — Так – смогу, – обреченно вздохнула женщина. – Разве есть выбор? Она напряглась, обняла себя за плечи: санитары на носилках выносили с дачи тело. Застряли в узком проеме, чертыхались. Носилки накренились, из-под простыни вывалилась рука со скрюченными пальцами. — Вам придется проехать с нами, Виктория Павловна. Это ненадолго. Демаков привезет вас обратно, вы успеете накормить своих домочадцев и закончить дачные дела. Вашего мужа предупредят. Демаков, ты же привезешь назад Викторию Павловну? — Конечно, – отозвался старший лейтенант, но как-то без энтузиазма в голосе. Через тридцать минут гражданку Тобольскую доставили в управление на Коммунистической. Она робела, стеснялась своего «огородного» вида. |