Онлайн книга «Смерть в конверте»
|
Смятение продолжалось до той поры, пока он не повстречал у штабной землянки красивую молодую девушку. Она прошла мимо и даже не посмотрела в сторону Бобовника. Он же, поразившись ее внешности, моментально позабыл о риске пребывания в тылу врага. Душа после этой встречи наполнилась страстным желанием добиться расположения незнакомки. * * * Со второй жертвой из московского подземного хозяйства банде Бобовника здорово подвезло. Узнав, что Никита Неклюдов не имеет отношения к канализационным коллекторам, а занимает должность директора Сталинской водопроводной станции, главарь поначалу заартачился: — На кой черт он нам сдался? Мне нужны грамотные специалисты по устройству московской канализации, а не водопроводчики! Глуповатый Женька Ковалев вылупил зенки и молчал. А Мусиенко, прожевав семечки, резонно заметил: — Конторы-то родственные. Хозяйство что у тех, что у других под землей спрятано. И потом, они же наверняка знают друг дружку. Других кандидатур к тому моменту не нашлось, поэтому решили колоть Неклюдова. И надо же такому случиться – Муся оказался прав! Толстый, неповоротливый и задыхающийся от любой нагрузки Никита Захарович действительно раньше работал в Московской канализации, хорошо знал ее устройство и многих нынешних руководителей. А самое главное, он совершенно не выносил боль и начал отвечать на вопросы после первой же смачной оплеухи. Пока Бобовник с Мусиенко обрабатывали клиента, Женька Ковалев шерстил его хату. И, надо сказать, постарался на славу: всего за четверть часа он выгреб из всевозможных ящичков кучу ювелирки из золота и серебра. Некоторая была даже со сверкальцами[13]. А в приземистой тумбочке из орехового дерева наткнулся на связанные в пачки купюры. Двенадцать кусков! В общем, куш сорвали тогда немалый. Срослось в тот поздний вечер и с Неклюдовым. Толстяк дал подробную наводку на Центральный распределительный узел Московской канализации. Надеясь на то, что, завладев нужными сведениями, бандиты оставят его в покое, он в красках рассказал о расположенной на втором этаже отдельно стоящего корпуса диспетчерской. Он же поведал и о заветном шкафчике с ключами от подземных решеток и стальных дверей. Но напрасно Неклюдов уповал на снисходительность женоподобного главаря. Пока Мусиенко завершал допрос, Ян принес из ванной комнаты бельевую веревку, зашел сзади, ловко накинул ее на шею несчастного Никиты Захаровича и с силой затянул узел… Глава одиннадцатая Москва, Петровка, 38 — площадь Революции, Кремль сентябрь 1945 года Ивана увезли в больницу прямо из Управления. Спускаясь по парадной лестнице от комиссара Урусова, он опять почувствовал резкую боль в израненной стопе. Хотел присесть на ступеньки и не удержался – упал. Подоспевший дежурный помог ему доковылять до дежурки, там уложил на кушетку и вызвал по телефону неотложку. В больнице врачи обследовали конечность и долго совещались, покуда из МУРа не позвонил сам Урусов. Разговор с ним заставил докторов действовать, и вскоре они предложили Старцеву операцию. Лежа на больничной койке, Иван припомнил, как долго ему пришлось выносить боль и сколько раз скальпель хирурга рассекал плоть у голеностопного сустава. Как он надеялся на то, что когда-нибудь сумеет избавиться от хромоты и надоевшей трости. |