Онлайн книга «Смерть в конверте»
|
Все это Бобовник разнюхал загодя, опять-таки приложив немало усилий. Для начала заявился на узел под видом радиомастера, якобы проверять исправность радиоточек. Вид у него был – не подкопаешься: простенькая рабочая одежка, замусоленная кепка, дерматиновая сумка на ремне через плечо; в кармане грамотно сварганенные удостоверение радиотехника и наряд-задание. Проверка нескольких точек проходила как по-правдашнему: Бобовник беспрепятственно прогуливался по всем помещениям, фиксируя в памяти линии коридоров, расположение окон, входов и выходов. Днем позже он «случайно» познакомился с одним из слесарей. Слово за слово, зашли в пивную, взяли по три кружки, коробку папирос. И через два часа Ян Бобовник знал о работе Центрального распределительного узла Московской канализации почти все. На исходе третьего часа знакомства они расстались. Ян исчез в темном переулке, а бездыханный бедолага-слесарь остался лежать на краю клумбы в луже рвотных масс. Его безвременная кончина для сильно пьющего человека выглядела естественно, поэтому поутру еле заметных следов удушения никто так и не рассмотрел. Ночные дежурства Чумака в отдельно стоящем здании облегчали задачу. Если бы он дежурил по соседству с бригадой, то пришлось бы выслеживать его на улице и чинить допрос в глухом заброшенном местечке. Примерно так, как они поступили с Михаилом Золотухиным в подвале бывшего маслозавода. Муся с Жекой по приказу Бобовника прошвырнулись за Чумаком, выяснили маршрут, по которому тот следовал с работы домой, и не обнаружили ни одного подходящего варианта. Кругом бурлила жизнь: многоэтажные дома, предприятия, магазины… Официально дежурный диспетчер Афанасий Чумак проживал недалеко от работы – на Большой Пионерской улице. Район был центральный – везде горели фонари, светились окна, часто попадались припозднившиеся прохожие. В общем, обстряпать дельце по аналогии с Золотухиным не получалось. И тут такая удача: после совместной пьянки с разговорчивым слесарем вдруг выяснились, что пожилого диспетчера можно обработать прямо на рабочем месте. — Ша! Замерли! – скомандовал Бобовник, заметив в проулке компанию из двух военных и двух баб. Компания шла навстречу. — Айда в палисадник, – предложил Ковалев. Больше в узкой улочке скрыться было негде. — Дергаем, – согласился главарь. – Только смотри, на штакетине опять не повисни. Помогая друг другу, троица перемахнула забор, спряталась в кустах, затаилась. Сидеть в неудобных позах и костерить про себя компанию пришлось около четверти часа, пока та стояла неподалеку. Наконец бабы исчезли во дворе напротив, а бравые вояки, закурив, направились в обратную сторону. * * * По окончании ускоренных курсов командиров Красной армии младший лейтенант Бобовник был отправлен в распоряжение начальника штаба 157-й стрелковой дивизии. К моменту прибытия необстрелянного лейтенанта в дивизию та успела повоевать на юго-западном плацдарме. Боевое крещение получила в сентябре 1941 года, обороняя Одессу. Потом последовали тяжелые бои южнее Перекопского перешейка в районе станции Воинка. В конце октября немецкая авиация накрыла командный пункт дивизии, разом уничтожив почти все ее руководство, после чего дивизия некоторое время находилась под Анапой на переформировании. В декабре части и подразделения 157-й дивизии приняли участие в Керченско-Феодосийской десантной операции. |