Онлайн книга «Игла смерти»
|
— Я не заявляю, гражданин начальник. Я просто объясняю, что был не против, если они зайдут на огонек и поздравят пожилого Адама. Откуда я мог знать, что у них такие таланты употреблять халявный самогон?! – театрально возмущался одессит, прижимая руки к груди. – Сели за стол, все было чинно и в ажуре: пожелания здоровья, сумасшедших денег и вечной жизни. А потом вдруг понеслась душа в рай: замени рюмки на стаканы, тащи еще одну бутылку… — Все пятеро – ваши друзья? — Скорее знакомые. — Назовите их имена, фамилии, адреса проживания… За два года работы в МУРе Старцев поднаторел и неплохо разбирался в представителях криминального мира. Одного внимательного взгляда было достаточно, чтобы понять, кто перед ним: лидер банды, его помощник, функциональная фигура, способная выполнить ответственное задание, рядовой член банды или кандидат – так называемый оголец. Сейчас перед ним стояла мелкая сошка. Заурядный хозяйственник, финансист или содержатель притона. Возможно, он был одним из помощников главаря, но не имел прямого отношения к грабежам, налетам и другим громким преступлениям. «Ну и ладненько. Тем легче его будет расколоть», – удовлетворился своими наблюдениями Иван Харитонович. — Воскобойников Петр Терентьевич, – кивнул Адам на спящего интеллигента. – Проживает у престарелой мамаши на Краснопролетарской. Номер дома и квартиры, извините, не знаю – никогда в гостях у него не бывал. Старцев записал данные и указал на блатных. — А эти? — Лежит Гиви Эмухвари; проживает на Крюковской улице рядом с Введенским кладбищем. Сидит… – Одессит запнулся. Наморщив лоб, признался: – Простите, знаю только прозвище. — Давай прозвище. — Гармонист. А зовут его… В общем, Гиви называет его Вано. Пока Старцев допрашивал задержанного Бернштейна, остальные оперативники продолжали осматривать дом. Олесь Бойко успел вызвать карету «Скорой помощи» и экспертов, а теперь обыскивал одежду находящихся в бессознательном состоянии гостей. Игнат Горшеня с фотоаппаратом и вспышкой фиксировал важные для следствия детали. Васильков познакомился с двумя старушками, обитавшими в двух дальних комнатах. Ким с Баранцом облазили кухню, кладовую и ванную комнату. Василий Егоров с присущими ему неторопливостью и тщанием изучал жилые комнаты. Сверив данные гостей с найденными документами и записав их в блокнот, Иван Харитонович задал очередной вопрос: — Вы владеете площадью в этом доме? Адам снова изобразил глуповатую улыбку и затянул: — Нет, шо вы! Я к этому дому никаким боком! Просто мне самую малость доверяют, вот и разрешили, так сказать, посидеть за столом. — Кто разрешил? — Да я того человека видел всего четыре раза. Дважды в переулке, один раз в трамвае и еще раз в очереди за хлебом. — Послушайте, Бернштейн, – начал терять терпение Старцев. – Если я до сих пор не надел на вас наручники и не отправил в камеру к самым лютым насильникам и убийцам, то это не означает… Договорить он не успел. В залу, где проходил допрос, вошел Егоров и поставил на стол перед Старцевым картонную коробку со стерилизатором, шприцами, иглами, ампулами, ватой и… большим блестящим револьвером. По всему было видно, что все это побросали в коробку и в большой спешке припрятали в первом пришедшем на ум укромном месте. |