Онлайн книга «Дом с неизвестными»
|
Всего десять дней назад Мирзаян возглавлял в Ереване республиканский Наркомат пищевой промышленности. Жил, работал, мечтал. Но до конца не верил в то, что когда-нибудь сумеет перебраться в Москву. И вдруг по закрытой телеграфной линии пришла «молния» о переводе и назначении его на новую должность. Переданный по «молнии» приказ был подписан самим Сталиным[47]. Тем же приказом предписывалось в двухдневный срок сдать дела и прибыть к новому месту работы. Анастас так долго мечтал перебраться в Москву, что сначала не поверил своим глазам и подумал, что спит. Но «молния» и приказ были настоящими. Последовали быстрые сборы, потом волнительные сутки в купе мягкого железнодорожного вагона, и вот он здесь. Сразу по приезде Анастаса представили наркому Зотову, показали кабинет, определили временное жилье в гостинице и прикрепили служебную машину. При этом добрый человек из хозяйственного управления с китайской фамилией Яньшин заискивающе шепнул о скором переселении в большую квартиру: «Район — загляденье! Тихий, зеленый… Рядом, подобно райскому саду, благоухает Аптекарский огород, по соседству, в редакции журнала „Безбожник“, работают интеллигентные люди, опять же новые бани недавно открылись…» Анастас слышал много лестных отзывов о районе Аптекарского огорода, заложенного по указу Петра I в начале восемнадцатого века. Здесь, по его замыслу, должны были выращиваться лекарственные растения. Для управления огородом приглашались иностранные специалисты-садовники, преимущественно немцы. В 1812 году огород с оранжереями сильно пострадал от пожара, однако позже — к середине девятнадцатого века благодаря стараниям профессора фон Вальдгейма он превратился в роскошный сад с красивым искусственным водоемом и множеством тенистых аллей. Поселиться рядом с садом стало для москвичей большой удачей. Время пролетело быстро, наступило то заветное «скоро», и вот Анастас едет смотреть свою будущую квартиру, расположенную в какой-то сотне метров от пальмовой оранжереи и коллекции южноамериканских растений. От ласкавших самолюбие приятных мыслей отвлек резкий толчок — водитель ударил по тормозам и принял вправо. — Что там еще? — недовольно буркнул Мирзаян с заднего сиденья. — Не знаю, Анастас Александрович. Милиция требует остановиться. — Молоденький шофер кивнул в сторону идущего от перекрестка сотрудника. Милиционер с винтовкой на плече подошел к автомобилю. — Район оцеплен. Проезд закрыт, — проскрипел он простуженным голосом. — Нам в Безбожный, — пояснил водитель. — Мы можем проехать туда другой дорогой? — Весь район Аптекарского был под запретом. И Безбожный тоже. Велено ждать до команды. Ждите… — Так был под запретом или остается? — грубо вмешался в разговор Мирзаян. Наклонив голову, милиционер взглянул на пассажира, развалившегося на заднем сиденье. И без былой уверенности сказал: — Сейчас уточню у начальства… Поправив беспрестанно сползавший по шинельному сукну брезентовый ремень «трехлинейки», сотрудник направился к ближайшему зданию, первый этаж которого до войны занимало отделение Госбанка. Открыв дверь, служивый заглянул в помещение, с кем-то переговорил и быстрыми шагами вернулся к машине с номерами Совнаркома. — В Безбожный можно. Его уже два часа как открыли. Проезжайте… |