Книга Охота на охотника, страница 65 – Сергей Бакшеев

— Что дальше? — торопит заинтригованный Крюк.

— Мы стреляем одновременно.

Я замолкаю, невольно трогая ухо. Брагин требует продолжения:

— И?

— Могила ранен в ключицу. Я успеваю повернуть голову и теряю верхнюю часть уха.

Я приподнимаю волосы, показываю Брагину и натужно шучу:

— Мочки целы, серьги носить можно.

— У тебя даже проколов нет, — замечает Брагин.

— Это еще одно правило. Я не ношу украшений, на лице нет макияжа, волосы коротко острижены. Так легче менять внешность, используя парики и даже усы и бороду. Да-да! Я научилась быть разной.

— Ты победила в дуэли. Что стало с Могилой?

— Могилевского задерживают на месте, обвиняют в убийстве генерал-губернатора и работе на бандитов. Тема скользкая, до суда доводить не хотят. Тем более киллера ранее использовали в темную. С Могилой встречается Коршунов и объясняет, что Контора жертвует более слабым снайпером. Предоставляет ему возможность побега.

— И Могила бежит на Украину к нацикам.

— Знаешь, что он заявил Коршунову? Он не слабый, он лучший! И сегодня я увидела ту же злость в его глазах, словно Могила знал, что стреляла я.

Мы долго молчим, переосмысливая наше положение. Брагин нервно сжимает-разжимает пальцы протеза и заглядывает мне в глаза:

— Светлая, ты уверена, что спасла ту девушку от Могилы?

Я пожимаю плечами:

— По крайне мере у нее появился шанс.

— На вторую попытку?

— Выжить!

— Если она дошла до предела, то жизнь у нее не сахар.

Я задумываюсь. И правда, я спасла отчаявшуюся девушку или вернула в прежний кошмар?

— Ты знаешь, у меня тоже был ужасный период. Но я вырвалась.

— И всё забыла?

— Такое не забывается.

Я не контролирую свое лицо, и Брагин догадывается:

— Отомстила.

— Давай спать, — предлагаю я. — Просто спать.

Мы устраиваемся на ночлег в норе. Там тесно. Я разрешаю Крюку прижаться. Он не позволяет себе вольностей и быстро засыпает. А я вновь и вновь анализирую свой поступок, и тешу себя надеждой, что у спасенной девушки сейчас всё в порядке. Хотя опыт подсказывает совершенно иное.

Утром мы выбираемся из норы и долго идем через лес. Выходим на остановку на трассе и до Харькова добираемся на рейсовом автобусе.

Марьяна Сапрун позвонила из Киева и в очередной раз проинструктировала Чеснока, как обращаться с секретными препаратами. Затем с ним поговорил высокий чин из СБУ и подтвердил приказ. Чеснок понимал крайнюю щепетильность задания, поэтому уточнил:

— Приказ будет устным?

— Тебе мало моего слова? — возмутился начальник.

— Хотелось бы официально, чтобы не было разночтений.

— Будет тебе официально! От официального лица. Жди у телефона!

Через полчаса из Киева позвонили. Надменный голос спросил:

— Максим Наливайко?

— Так точно! Командир батальона «Сечь».

— С вами будет говорить…

На этот раз Чеснока соединили с самым высоким начальником. Выше в Украине разве что посол США и посланники из Белого дома.

— Ты получил приказ? — вещали из высокого кабинета. — Что тебя смущает?

— Формулировка: истребить всех людей в Донецке.

— Це не люди, це террористы! ДНР мы официально признали террористической организацией. С террористами переговоры не ведут, их уничтожают!

— Там и наши граждане.

— Украинцы здесь. Украинцы — это ты и я! А там коллаборанты и террористы. Дави без жалости! Сделай доброе дело, и Украина тебя наградит!