Книга Охота на охотника, страница 101 – Сергей Бакшеев

— Сколько ждать? В лесу Крюк и опасный груз. Пока мы ждем, там…

— Что там⁈ — резко прервал Нитрон. — Если ты свой, можешь говорить прямо?

— Там вирус, смертельная инфекция против Донбасса и России.

— Отрава, порождающая эпидемию?

— Еще какую! — подтвердил Коршунов.

— Я знаю вирус пострашнее и давно борюсь с ним.

— Не может быть.

— Вирус национализма — это главная зараза. Он проникает в голову и порождает эпидемию, эпидемию ненависти! Ты же общался с нациками. Они поражены поголовно и заражают всех: детей, молодежь, домохозяек, политиков! И что в итоге?

Нитрон уставился на пленного. Коршун вынужденно спросил:

— Что?

— Националистическое государство враждебное России у нас под боком! — азартно ответил командир ополченцев.

— Что есть, то есть, — согласился Коршунов.

— Но, знаешь что, есть и положительный момент.

— Какой же?

— Ненависть не может быть основой государства. Такое государство не может существовать долго.

— Будем ждать, пока Украина рухнет?

— Придется подтолкнуть. С заразой надо бороться.

Нитрон закурил, выпустил дым и предложил сигарету Коршунову:

— Будешь?

Коршунов мотнул головой:

— Не курю.

— Правильный хлопец, береги здоровье. Никотин убивает.

Нитрон с хитрым прищуром продемонстрировал устрашающее предупреждение на пачке и зафыркал, давясь кашляющим смехом.

Стремительные шаги через комнату, и Чеснок готов обрушить на меня удар рукоятью пистолета. Я с первых секунд ожидаю его броска и подхватываю автомат. Снятый с предохранителя «калаш» лежит стволом к двери. Я тут же стреляю. Одиночным в грудь. Чеснок вздрагивает всем телом, будто натолкнулся на стену, и валится головой мне под ноги.

Выдыхаю — успела! Но расслабляться рано. Опускаю ствол и действую по правилам — контрольный в голову! Звонкая музыка радио заглушает звук выстрелов.

Дрожащая Ева сидит на кровати, перекрестив руки на груди, и смотрит на тело насильника-извращенца. Бедняжка не отошла от шока и опасается, что садист может встать подобно зомби. Мне некогда ее успокаивать, нужно помочь Коршунову.

С телефона Чеснока я звоню Татьяне Коломиец:

— Таня, срочно передай генерал-лейтенанту Богданову информацию. Коршунов на свободе, преследует группу диверсантов, доставляющих вирус в Донецк. Они идут из Рубежного через лес северным маршрутом. Помогите Коршуну.

— Да, конечно!

Я припоминаю слова Сапрун об испытаниях вируса.

— Таня, вирус испытывали на жителях деревни Мжанка. Было много погибших. Это реальное применение биологического оружия нового типа. Мжанка недалеко от Манефы. Нужно, чтобы мир знал.

— Я сделаю репортаж. Сегодня же! — обещает журналистка. — Вы сами как?

— Работаю по специальности. Справляюсь.

— Помощь нужна?

— Таня, не будем терять время. Главное — остановить диверсантов и сделать репортаж о массовом убийстве.

— Вам можно звонить на этот номер?

— Теперь да.

Ева, морщась от боли, вытирает подолом короткой юбки внутреннюю поверхность бедер. Бедная девочка. Но мы еще не выбрались из логова врага. Сочувствие в такой ситуации только мешает. Идиотского утешения «всё будет хорошо» она от меня не дождется.

— Ты думала, жизнь — это веселье в кружевных трусиках? — жестко говорю я.

Она переводит беспомощный взгляд с убитого насильника на спасительницу. Я тоже безжалостна. Клин клином вышибают, только шоковая терапия ей поможет.