Книга #НенавистьЛюбовь, страница 97 – Анна Джейн

— Это понарошку.

— Даже понарошку.

— Можно подумать, я на тебе жениться хочу, — фыркнул Даня.

— Ах, да, у тебя же Каролина в истерику впадет, — рассердилась я. Упоминание Серебряковой его, кажется, задело.

— Дарья, разрешите захлопнуться вашему рту, — попросил Матвеев безукоризненно вежливым тоном.

— Не разрешаю.

— Настаиваю.

— Настаивай себе голову в формальдегиде.

Стас весело расхохотался и пару раз хлопнул в ладони.

— А вы парочка с огнем. Отличный выбор, Данька. Хорошо, что я доверил тебе найти девочку. Между вами искрит. А такое никто не сыграет.

— Но я, правда, не готова к такому! — возмутилась я.

— Да никто вас официально оформлять не станет, успокойся, — отмахнулся Стас. — Сказал же — договорюсь обо всем. А вы сыграете жениха и невесту. Вот и все. Через неделю Люциферовы прикатят в город, покрасуетесь под ручку перед ними, может быть, пригласите в гости. Ничего сложного, никакого риска. Они — зрители, а вы — актеры. Представьте, что это просто театр.

— Театр абсурда, — проворчала я.

— Ты не согласна? — внимательно посмотрел на меня Стас.

Я думала лишь секунду. Даня помог мне, и теперь я помогу ему.

— Согласна, — громко сказала я. — Что и где подписывать?

— Отлично! — воссиял Стас и глянул на капкейки. — И все-таки нужно принести другие сладости. Светочка, принеси другой десерт, — снова нажал он на кнопку селектора.

Мы действительно прочитали и подписали договор, в котором обязались хранить в конфиденциальности не только свою деятельность, но и полученную от Стаса информацию. А Даня почти сразу получил на карту обещанную сумму.

Меня обуревали двойственные чувства: с одной стороны, стало спокойнее — есть деньги для того, чтобы заплатить Савицкому. С другой — предложение Стаса было столь необычным, что я ужасно нервничала, до конца еще не веря в происходящее.

Матвеев, кажется, тоже плохо осознавал, на что мы подписались. Однако он, как и всегда, старался держаться уверенно.

Офис Стаса мы покинули полные впечатлений. Он обещал выйти с нами на связь уже завтра утром и предупредил, что мы должны быть наготове. А еще вручил целое досье на своего брата и на самого себя — на всякий случай.

— А он милый, — заметила я уже в лифте, когда мы неслись вниз, стоя плечом к плечу.

— Не обольщайся, Даш, — сказал Матвеев. — Он милый, пока ему выгодно. Стас всем известен своей жесткой хваткой. Из тех, кто мягко стелет, да жестко спать.

— Ой, ты уже поговорками заговорил, — снова умилилась моя внутренняя бабушка.

— С тобой, Дашка, и соловьем запоешь, — притворно вздохнул Даня.

— Главное, дятлом не застучи, — отозвалась я. — Мне свою голову жалко.

— Потому что она дубовая? — невинно поинтересовался он.

Я толкнула его локтем в бок — как и раньше, совершенно на автомате. Забыв, что вроде бы как сейчас мы — посторонние люди. А Данька только улыбнулся мне.

И где, спрашивается, моя ненависть? Почему рядом с ним она истончается, как облако на ветру?

Я замолчала. Он — тоже. Мы оба остались наедине со своими мыслями.

— С ума сойти, — честно сказала я уже в машине — Стас велел отвезти нас обратно.

— Лучше не сходи, — любезно посоветовал Матвеев. — Ты нужна мне нормальной.

— Я не верю. Это все странно, неправдоподобно. Так не бывает, — глянула я на него снизу вверх. — Понимаешь?