Книга #НенавистьЛюбовь, страница 62 – Анна Джейн

— Кто-то… пострадал, да? — осторожно спросила я.

— Одна женщина. Сейчас с ней все в порядке. Дарья, мне повредили тормоза. Понимаешь?

— Понимаю, — вздохнула я. Все-таки верно говорят: там, где большие деньги, всегда большие проблемы. — Может быть, еще по одному разу? Ты не против?

— Давай, — согласился Савицкий.

— Ты знаком с той девушкой, Каролиной? — спросила я. — Просто именно она намекнула на то, чтобы я спросила, из-за чего ты уехал из Москвы. Теперь мне интересно.

Я внимательно смотрела на Влада.

— Знаком, — нехотя признался он.

— Тогда почему ты не сказал мне сразу? — рассердилась я. Тогда мне казалось, что Каролина просто солгала мне.

— Подумал, что это лишнее. Мы виделись несколько раз в одной компании, но я с ней почти не общался, — ответил Савицкий. — А потом увидел ее здесь, рядом с Матвеевым. Не сразу понял, что это он.

— Кто — он? — растерялась я.

— Даниил Матвеев. Моя бывшая девушка была ее хорошей приятельницей, — задумчиво отозвался Влад. — И я кое-что слышал о том, что эта Каролина давно влюблена в какого-то парня. С ума от него сходит со школы. Мне всегда казалось это дичью, особенно когда я слышал, как она рассказывает моей бывшей что-нибудь вроде: «Когда я была школьницей, то отваживала от него всех девчонок. Одной он решил признаться в любви, написал сообщение, но я успела прибежать к ней и стереть его», — писклявым голосом спародировал Серебрякову Влад. — Ну дичь же.

— Дичь, — только и согласилась я, решив, что Каролина — еще более неприятное существо, чем казалось мне раньше. — Но надо было сразу сказать, что вы знакомы.

— Извини, — покаялся Влад. — Я не подумал.

Пока мы шли к моему дому, то молчали, каждый думая о своем. И уже около подъезда Влад вдруг вспомнил:

— У меня ведь тоже осталась одна попытка. Правда или действие?

— Действие, — вздохнула я.

— Поцелуй меня, — попросил он. — Сама. Поцелуй меня.

— Что? — не сразу поняла я. — Поцеловать?

— Да, в губы. Или отказываешься? А ведь я лазил на дерево, — улыбнулся лукаво Влад.

Целовать кого бы то ни было сейчас мне не хотелось — настроение было далеким от романтического, его травила осенняя хандра. Однако и отказываться было неправильно — я сама согласилась на эту игру.

— Хорошо, — отозвалась я. Подошла к нему, обхватила за шею, заставляя немного нагнуться, и коснулась его чуть приоткрытых губ своими губами. Всего лишь прикосновение — ничего большего. Ни трепета в груди, ни искр в глазах, ни учащенного дыхания. После этого я отстранилась, и в это же время увидела краем глаза, как к подъезду идет Матвеев со спортивной сумкой наперевес.

Во мне тут же вспыхнул знакомый огонь ревности. А еще — решимость. Решимость показать Клоуну, как он мне безразличен. Я снова поцеловала Влада, крепко обхватив его руками за пояс, — так раньше я обнимала Матвеева. Поцеловала настойчиво и чувственно.

Первые пару секунд Влад явно был ошарашен, а потому замер, и я даже успела занервничать. Однако потом он вдруг стал отвечать на поцелуй, делая его все более глубоким. Влад обнимал меня за талию одной рукой, а второй зарылся в волосы. В каждом его касании была такая самозабвенность, что я поняла — Матвеева он не замечает.

Мои глаза все это время были открыты. И я видела, как Клоун проходит мимо нас, останавливается, оглядывается и смотрит — с такой болезненной яростью, что мне стало не по себе.