Книга #НенавистьЛюбовь, страница 276 – Анна Джейн

— Что происходит, что происходит! Обман тут происходит. Наш Стасик, оказывается, из той еще семейки — потомственных алкоголиков! Вся родня пьющая, странно, что сам пить не начал. А брат-то у него, брат! Наркоман, в больнице лечится! А этот, — грозный гряз Люциферова метнулся на Даню, — подставной! И жена его подставная! И свадьбы никакой не было!

— Может, надо что-то сказать? — тихо спросила я Даню, а он покачал головой.

— Пусть сами разбираются, не лезь.

— Все ложь! Все фикция! Свадьба с подставными гостями! Ха! Умереть не встать! Что, Чернов, так смотришь? Думал, Лиферов — идиот? Нет, Лиферов не идиот! И догадался через надежных людей тебя проверить! Никакой свадьбы! Мне в семье сын алкашей не нужен!

Лицо Стаса сделалось жестким, а взгляд — удушающе-холодным. Слова Петра Ивановича ему очень не нравились. И он тоже был в ярости, правда, в холодной.

— Повторите, — попросил он, глядя на несостоявшегося тестя исподлобья.

— И повторю. Мне…

— Папа, хватит! — вдруг вмешалась Руслана. Щеки ее горели, а голос был громким и звонким. — Прекрати. Это лишнее.

— Лишнее? Дочка, да он же тебя обманул! Это вообще неизвестно кто, — он снова взглянул на нас с Даней, державшихся за руки, и мне стало ужасно неудобно. — Такие же мошенники, как и Чернов.

— Стас меня не обманывал, папа, — твердо сказала Руслана. — Я была в курсе всего.

— Что ты сказала? — переспросил Петр Иванович потрясенно. И тут Руслану прорвало.

— Я все знала! И во всем поддерживала его! Потому что я люблю Стаса, папа! Люблю и хочу с ним быть, понимаешь? А ты… ты просто помешан на том, какой должна быть семья у человека, — в ее голосе слышалась горечь. — Если семья не соответствует твоим стандартам, значит, и человек недостойный! Я долго с этим мирилась, папа, но это отвратительно с твоей стороны! Просто отвратительно! У Стаса нет родителей — им было плевать на него в детстве, он жил впроголодь, потом попал в приют! А затем, несмотря ни на что, сделал себя сам. Сам. Папа! У него не было материнской поддержки, как у тебя, не было отцовской власти! А он смог, добился, достиг! И я безумно уважаю его за это! И выйду за него, даже если ты от меня откажешься! — Она дрожала, но явно не собиралась отступать.

— Не смей перечить отцу, дура! — заорал как оглашенный Люциферов.

— Не повышайте голос на Руслану, — предостерег его Стас. — Не видите, ей уже плохо?

— Погный дугдом, — резюмировал ошарашенно Тимофей Леонидович. — Гусвана, дедушка повностью тебя поддегживает! Ты обязана выйти замуж за Стаса! Пусть Петьке жизнь медом не кажется!

— Папа, не подливай масла в огонь, — одернула его дочь.

— Быва бы моя вовя — виванул бы бензина. Петька уже все гганицы пегешев.

Они продолжили ругаться, но уже без нас — Стас кивком головы велел нам уйти наверх. К нам же присоединилась и Яночка, которую происходящее ничуть не расстроило — напротив, она обрадовалась, что Даня — не мой муж, и начала язвить, пытаясь меня задеть, впрочем, уже почти беззлобно.

— Жаль, что ты не брат Стаса, — вздохнула Яна. — Не увидимся больше…

— Я буду следить за твоими успехами в фигурном катании, — улыбнулся Даня, и Яна засияла.

— Я буду стараться. Вот увидишь, стану олимпийской чемпионкой! И тогда ты женишься на мне — по-настоящему, — добавила она мечтательно. — К тому времени я стану совершеннолетней и прекрасной, а эта курица состарится.