Книга Украденная стать матерью, страница 100 – Ксения Фави

— Не то, что нужно. Съездим еще на восток, в ту башню со спецотделами.

Закатываю глаза.

— Мм…

— Ты обещала быть со мной в горе и радости!

И с этим не поспоришь. Впрочем, я даже предположить не могла, что прилечу в Лондон Атамановой. Да этот мужчина даже предложение мне не делал! Сказал — нужно кое-что уладить перед отъездом. Наверное, и на мотоцикл бы посадил, если бы не положение.

Шокировать меня — это в духе Руса. Он устроил нам регистрацию здесь и сейчас. Без всяких заявлений и выбора фаты. Правда, проникновенно заверил, пока я раскрывала и закрывала рот у входа в загс, что устроит для меня церемонию любого масштаба! Но по возвращению из-за границы.

Впрочем, пышные вечеринки я все равно не люблю. Как и кольца. Исключение составляет только вот этот шикарный ободок из платины. На его внутренней стороне есть надпись: ты — мой главный план. Я расплакалась, впервые увидев ее. Хотя что там, у меня весь тот день глаза были на мокром месте.

— Я да, — разгоняю любимые воспоминанья, встаю из кресла, — а вот твои дети пока ничего тебе не обещали.

— Уверен, они за активность в любом ее проявлении.

— Угу.

Не знаю, были ли в моем роду двойняшки. Мама среди своей родни такого не помнит. А про отца я так ничего и не знаю. Порой мне хочется общаться хоть с кем-то из тех родственников. Грустно, что нет в живых бабушки и дедушки. Хотя неизвестно, конечно, как бы они меня восприняли.

Навязываться, впрочем, я никому не думаю. У меня и своих родственников достаточно. А скоро появятся двое новых. Руслан станет отцом сразу двух сыновей.

— Нет, если ты неважно себя чувствуешь… — спохватывается Атаманов.

Морщусь.

— Ой всё, Рус. Едем! Но только мы все пойдем с тобой по магазинам.

От перспективы гулять с бегемотом наш папочка закашливается. Но берет себя в руки. Убирает с моих плеч клетчатый плед.

— Хорошо, доктор советовал тебе прохаживаться перед родами.

— Не напоминай!

Я и так стараюсь думать о чем угодно, но возвращаюсь мыслями к тому самому дню. Он не будет сюрпризом. Мне назначена операция. Одновременно так хочется, чтобы мой арбузный образ жизни закончился, и окутывает страх.

— Вчера я пообщался с главным по родильному корпусу. И я вполне могу пойти туда с тобой. Только нужно будет сдать необходимые анализы.

Мм… Рус пережил многое в этой жизни, но роды!

— Ты уверен? — моя рука крепче хватается за него, пока мы идем к машине.

— Я столько наблюдал за тобой и пропущу такое событие? Нет, — он улыбается, — то есть да, я уверен.

На меня снова накатывают картинки прошлого. Торможу у нашего серого низкого авто.

— Хм, — думаю над формулировкой, — как думаешь, он и сейчас следит за моей жизнью?

Руслан качает головой, протягивает руку к моей щеке. Ладонь такая теплая, а край кожанки наоборот щекочет холодом.

— Он может знать общие данные, — Рус поглаживает меня, — но до подробностей он теперь не доберется.

Смотрю в глаза супруга.

— Он так не хотел, чтобы я родила. Почему? Я и не думала вешать на него внуков.

Руслан притягивает меня ближе.

— Боялся, что так его поступок по отношению к тебе будет выглядеть более отвратительным. Раз ты уже мама, а он не только непутевый отец, но и дед. Или было что-то еще… Черт с этим сумасшедшим.

Сама я больше ничего не слышала об отце. Со мной и с мамой он не пытался выйти на связь. Рус тоже с ним после той ночи не общался.